У отца Марата и без нас хватает врагов. Обычных, из плоти и крови. С нанятыми киллерами или натренированными бойцами. Таких, которых у каждой весомой фигуры полно. В принципе было логично, что со смертью Чендлера и на владельца «Ланцелота» так же обратили более пристальное внимание. В 2013 году Клод собирался поглотить маленькую еще тогда корпорацию. У руля стояли Белянины, которых Клод хладнокровно убрал, как и всех остальных. Если бы не засуетились приспешники прошлого Клода-старшего, возможно, сейчас и не было бы никакого «Ланцелота».
Как и Роксаны Андреевны.
За семь лет я так и не смогла понять, что произошло с Клодом в последние пару месяцев его жизни. Всегда им управляла лишь жажда власти. Ему было мало постоянно. Клод хотел по меньшей мере Мир и завоевывал его кровью других. Наверное, набожные сказали бы, что Клод чувствовал приближение смерти и раскаялся.
Луи радовался этим переменам в хозяине, мне было все равно, а Гин пытался разобраться. Аманда вела свою игру, где главное – жизнь Питера. Чтобы это ни было, в итоге все мы встретились с армией, что сами вырастили. Переворот, в котором ключом ко всему стал маленький мальчик.
Единственный рычаг управления монстром по имени Уильям Клод.
Он умер первым.
На крыльце, крутя в руках соломинку от коктейля, сидел Питер, задумчиво опустив голову. Остановившись, я невольно улыбнулась. Чуть потерянный вид парня внезапно вызывал умиление. Он молодец.
«Дес, а ты?»
«Залезай!»
Питер поднял голову. За виной в его глазах прятался страх. Подмигнув, я подошла ближе и опустилась на крыльцо рядом с Питом.
«Двумя руками держи. Крепче, вот так. Не бойся».
Русая макушка коснулась моей щеки, а я невольно вздрогнула, недоуменно повернувшись. Питер закрыл глаза, положив голову мне на плечо.
«Я не отойду. Никогда, Пит».
– Тогда не было страшно, Рокс. Сегодня было, – Питер резко поднял голову, отворачиваясь.
– Сейчас ты взрослый, – я пожала плечами, сжав руку Питера, – а тогда был маленьким. Дети все воспринимают по-другому.
– Знаешь, он говорил, что ты не чувствуешь боли, – едва слышно прошептал Пит, а я сжала пальцы в кулак, – врал?
Первые две пули, что тогда прошли сквозь плечо, разбивая сустав, по ощущениям были похожи на укус комара.
Последние, что разносили грудную клетку забитого в угол раненого зверя, – на раскаленное железо.
– Нет, Пит, – чуть потрепав Питера по голове, выдохнула я, – поехали домой.
Питер кивнул, поднимаясь на ноги. Почему-то он решил не прощаться с друзьями. Может, сделал это раньше, а может, что-то произошло, но сейчас Пит спокойно направился к выходу, медленно ступая новыми кроссами по брусчатой тропинке. Следуя за Питером, я пыталась рассмотреть налипшее вокруг него пятно смерти. В ночном свете особо и не поймешь, стало ли оно больше. Да и от усталости в глазах двоилось.
– Роксан, – обернувшись на голос отца Марата, я остановилась.
Владелец «Ланцелота» в расстегнутой на две верхние пуговицы рубашки устало потер лицо. Да, таким я его и помню. Дорогой костюм, молодое тело и старческий взгляд. Медленно выдохнув, я заставила себя улыбнуться. Наши демоны порознь, Семён Дмитриевич.
– Я обещала выводы, – кивнула я, затягивая туже волосы на затылке, – на самом деле там нет ничего, с чем бы не справились эксперты. Вам бы продать дом, похоже, у вас это уже не первый случай. Поэтому и разрешили посмотреть мне.
– Вы многообещающе просили.
– Ничего необычного там нет. Убийца спокойно мог задушить и второго, но расчет был, видимо, в том, чтобы напугать вашего сына. Ну и при всем этом вас все равно боятся. Иначе бы уже давно убили Марата. Думаю, вы и так знаете, кто это делает, – мужчина усмехнулся, а калитка тихо скрипнула, оповещая об уходе Питера, – ну и если позволите, маленький совет. Ищите тех, кто на посту не будет ковыряться в телефоне. Вы лучше меня знаете, что это отвлекает.
Засунув руки в карманы, я сжала смартфон. Какая-то мысль пролетела в голове, но тут же испарилась. Что-то упустила. Перебирая в пальцах остывший аппарат, я невольно уставилась на то, как мужчина затянулся сигаретой. Почему-то это не вписывалось в его образ.
– Сначала вы случайная встречная в баре, – медленно проговорил отец Марата, прищурившись, – после— грубиянка в кабинете директора. А сейчас раздаете советы, как выстроить мне охрану, пару минут назад беспристрастно разглядывали тела. Это становится любопытно.
Пожав плечами, я отвела взгляд, снова перебирая в голове каждое сказанное мной слово. Тревога противно засела где-то в груди, заставляя сверлить взглядом закрывшуюся калитку.
– Простите, – тряхнув головой, я вновь посмотрела на отца Марата, – а Марат. Он знаком с оружием? – мужчина недоуменно приподнял бровь, а я тут же выставила руку вперед. – Нет, я просто, – ком встал в горле, перекрывая дыхание. – Боже, он слышал выстрел?
– Нет, – сказал Семён.
Но я уже ничего не слышала. Сорвавшись с места под гул вырывающегося из груди сердца, я бежала по тропинке. Страх сковал ребра, мешая вздохнуть полной грудью.
Выстрел, чтобы испугать.
