Видимо жизнь меня ничему не научила, так как с Ликой я наступил на те же грабли. Минимум внимания и максимум ожиданий благодарности за то, что делаю ради неё. Я должен был понять сразу, что она копия матери и тоже не станет мирится с тем что ей не нравиться. Она ведь показывала недовольство мной своими протестами и гулянками, своими бесконечными бунтами. Я не замечал этого, не понимал тогда. А она требовала внимания, стараясь заполучить его таким образом.
Я не имел права вмешиваться в её личную жизнь и сейчас очень сильно жалею, что сделал это. Я хочу попытаться всё исправить и прошу тебя помочь мне в этом. Признаться честно, я думал, что ты стал засматриваться на Лику из-за денег, но, когда за год ты построил бизнес с нуля, я был поражён. Не многие способны на такое. Я понял, что ошибся, что ты действительно полюбил мою дочь, но моя алчность не давала мне покоя, я всё равно хотел сам выбрать ей мужа. Более достойного и состоятельного. Я снова думал за свою дочь. Решал за неё как ей будет лучше. Она была права, когда сказала мне об этом. Она была права, когда попросила остановиться. Я и правда слишком далеко зашёл, так что нужно остановиться, иначе назад дороги не будет. А я хочу вернуться назад. В те времена, когда она обнимала меня за шею, целовала в щеку, называла папочкой.
Я не против вашей свадьбы. Лика тебя полюбила, и я уважаю её выбор. К тому же ты на самом деле мне очень нравишься. Я знаю, что ты как никто другой сможешь позаботиться о моей малышке. Всё чего я сейчас хочу, это чтоб моя дочка была счастлива, а сделать её счастливой можешь только ты. А мне остаётся просто не мешать.
Я хочу извиниться перед тобой, я был несправедлив к тебе. Я поступил неправильно, отправив Лику за границу и уволив тебя. Если бы не я, вы уже давно были бы вместе, были бы счастливы. А вместе с вами счастлив был бы и я. Но тогда я не понимал этого. Прости.
— Знаете, Кирилл Петрович, в чём-то я вас даже понимаю. Желать лучшего своим любимым это нормально. Главное не переборщить в своей заботе. Я не в обиде на вас и очень рад что вы пошли нам навстречу. Уверен Лика будет рада ещё больше. Она тоже вас любит и сильно переживает из-за ссоры с вами. Возникшее напряжение между нами доставляло дискомфорт всем нам, как бы мы не старались делать вид что всё хорошо. Сегодня мы договорились с Ликой поужинать в итальянском ресторанчике, присоединяйтесь к нам. Я приду попозже. Объяснитесь с ней наедине. Уверен она очень этого ждёт.
***
Лика пришла в ресторан раньше Максима. Удобно разместившись в бордовом кожаном кресле, рассматривала винтажный интерьер ресторана. Он был очень уютным. Стены расписаны большими черно-белыми картинами, с изображёнными на них танцующими мужчинами и женщинами, ниши в стенах имели деревянные полочки, заставленные бутылками с вином, на потолке хрустальные люстры. Там даже была сцена на которой выступали музыканты. Лика так погрузилась в атмосферу этого места, что не сразу удивилась, увидев подошедшего отца. Осознание пришло лишь тогда, когда он сел напротив и поздоровался.
— Как ты здесь оказался? — вместо приветствия выпалила удивлённая Лика.
— Я пришёл поговорить, дочка. Удели мне несколько минут. Я не займу много времени.
— Ладно, — согласилась Лика и, не отводя взгляда, смотрела на отца.
— Я пришёл извиниться. Ты была права, я не должен вмешиваться в твою личную жизнь и решать за тебя как тебе жить. Я виноват перед тобой за то, что пытался выдать замуж за Игоря спасая себя от тюрьмы. Но главное за что я хочу извиниться, это за то, что не дал вам с твоей матерью столько любви сколько вы заслуживали. Что всю жизнь ставил работу превыше вас, не понимая, что вы самое дорогое что у меня есть, что никакие деньги не заменят мне вас. Я понял это лишь потеряв твою мать и тебя, дочка. Я не могу вернуть твою мать, но я хочу исправить всё с тобой. Я был не прав и сильно сожалею. Всё чего я сейчас хочу, это чтоб ты была счастлива и чтоб не держала на меня зла. Прости меня!
Кирилл Петрович встал из-за стола. В его глазах стояли слёзы.
— До свиданья, дочка. Надеюсь ты простишь меня и пригласишь на свою свадьбу.
— Папочка, — со слезами на глазах произнесла Лика и встав с места подошла к нему, повисла у него на шее. — И ты меня прости. Прости за всё что пришлось терпеть из-за меня. Я тоже сильно тебя люблю.
Кирилл Петрович прижал дочь к себе. Шмыгал носом глотая слезы. А когда они оба немного успокоились, Лика отстранилась и сказала:
— Я жду Максима. Оставайся, поужинай с нами. Пусть это будет наш первый семейный ужин.
— С радостью, — согласился Кирилл Петрович и помог ей сесть.
Максим сидел в машине, припаркованной у того самого итальянского ресторана. Он видел, как приехала Лика, а чуть позже её отец. Зная, что она любит столики у окна занял лучшую наблюдательную позицию и не ошибся. Сидя в машине, через окно он видел обоих. Видел, как отец что-то говорит дочери, как встаёт, и она встаёт следом. Видел их объятия. Понял, что всё хорошо, что они помирилась. Дал им ещё немного времени и вошёл в ресторан.