Он дернулся, будто я ударила его снова, и резко отвернулся.
— Я предполагал, что так и будет, — сказал напряженно и устало. — Но, во имя Тараш, с чего ты взяла, что я могу потребовать от тебя покинуть Академию? — произнес с такой обидой, что в этот раз дернулась я.
— Не знаю… — ответила тихо и беспомощно. — Но Шейна вы не наказали, значит, решили, что я в этой ситуации виновата больше. Я все понимаю… Шейн из аристократической семьи, а я всего лишь…
— Летти, — его потрясенный возглас оборвал мой жалкий лепет, — объясни, пожалуйста, что творится в твоей голове? Я не могу понять. Пытаюсь, но не могу.
Он смотрел на меня озадаченно и печально.
— Ты трактуешь мои поступки в каком-то парадоксальном для меня виде. Адепта Лоннерса я не наказал так, как мне того хотелось, только из-за того, что не хочу, чтобы это дело получило огласку. Или ты хочешь, чтобы твое имя трепали все, кому не лень?
Я замотала головой, с трудом пытаясь собрать воедино разбегающиеся мысли. Значит, он просто не хочет огласки. Уже легче. Теперь я по-другому взглянула на ситуацию.
Несомненно, пользующийся безукоризненной репутацией Ирмерий Старленд не хочет, чтобы о его кратковременной связи с адепткой-человечкой кому-то стало известно. Ради этого он и вызвал меня и Шейна. Дать понять, что мы должны держать язык за зубами, и тогда никто не пострадает. Я прекрасно поняла намек.
— Не беспокойтесь, лорд Старленд, все останется между нами, — откликнулась отстраненно и холодно. — Просто забудем о том, что случилось. Я понимаю, насколько вышла за рамки дозволенного. И глубоко сожалею.
— Сожалеешь? — повторил он с тихой горечью.
Некоторое время продолжал смотреть на меня, будто пытаясь что-то отыскать на моем лице, но не находил. Потом вернулся за стол, а когда вновь обратил взор в мою сторону, на его лице невозможно было прочесть никаких чувств.
— На этом все, адептка Тиррен. Продолжайте учиться. Слышал, вы даже успехи делаете.
Весьма рад это слышать. Если адепт Лоннерс вновь позволит себе лишнее, можете обратиться ко мне за помощью. А теперь можете идти. Я больше вас не задерживаю.
Было так больно, что я не могла даже пошевелиться. Намного больнее, чем сегодня утром. Я смотрела в кажущееся невыносимо далеким и чужим любимое лицо и понимала, что больше никогда оно не отразит других чувств ко мне. Других, помимо холода и безразличия. Да и неужели я полагала, что может быть иначе? Для него та ночь — досадная ошибка, которая слегка нарушила привычный порядок жизни. Хотя с чего я взяла, что у него не могло быть других подобных ночей? Любая адептка или преподавательница наверняка обрадовалась бы вниманию с его стороны. Просто все держится в секрете и не оглашается.
Сердце кровоточило от ревности и горечи, и я никак не могла справиться с чувствами.
— Что-нибудь еще, адептка Тиррен? — спросил ректор, в нетерпении барабаня по столешнице.
— Нет, ничего, — хрипло проговорила я и заставила себя подняться.
Побрела к двери, больше не оглядываясь. Боялась, что если сделаю это, то просто умру, вновь увидев безразличие на его лице. Чего только стоило сдерживать рвущиеся из глубины души слезы!
Хотелось поскорее покинуть приемную и там, за дверью, найти укромное местечко и порыдать вдоволь. Но даже этого мне не дали сделать. Едва я вышла из приемной и первые соленые капли покатились по щекам, как натолкнулась на декана Байдерна. Проклятье!
Вздумалось же ему вернуться в Академию и посетить ректора как раз в тот момент, когда он смог стать свидетелем моей слабости! Может, просто предоставит собственной участи и пойдет своей дорогой?
Я попыталась прошмыгнуть по коридору мимо него, но крепкие руки перехватили и удержали на месте.
— Адептка Тиррен, почему не на занятиях?
Сквозь пелену слез я не могла рассмотреть выражения его лица, но голос звучал чуть насмешливо.
— Догадываюсь, что вас снова к ректору вызывали. Что натворили на этот раз?
От возмущения мне даже плакать перехотелось. Дернувшись, я высвободилась из удерживающих рук и смахнула слезы.
— Мы оба знаем, что в прошлый раз я ничего не натворила, — буркнула я.
— А в этот, значит, натворили? — хмыкнул декан. — Почему в слезах?
Все-таки заметил, оказывается! Я шмыгнула носом и упрямо вздернула подбородок.
— Со мной все в порядке.
— Вижу, — беззлобно заметил он, внимательно оглядывая с ног до головы. — Похоже, ты просто мастер притягивать неприятности. Слышал, что пока меня не было, тебя Кайла чуть не прибила.
Я вспыхнула до корней волос, вспомнив, из-за чего разъярилась на меня архимагиня.
Интересно, об этом он тоже знает?
— И что вы с ней не поделили? — судя по ехидной ухмылке, знает прекрасно.
— Не думаю, что вы хотите, чтобы я об этом говорила, — нахмурилась я.
— Ну, почему же, — протянул он. — Сейчас мы одни.
Я даже на шаг отступила, испуганная возникшим опасением.
— Послушайте, у меня и в мыслях не было того, в чем обвиняет меня Кайла!
— Правда, не было? — продолжал издеваться он, протягивая ко мне руку.
Не успел декан Байдерн коснуться меня, как от дверей приемной раздался звенящий голос Ирмерия Старленда:
— Декан Байдерн, у вас ко мне какое-то дело?
