«А ведь ничего, совсем ничего не сработало! Где щиты, где монолит-стена, на которую столько времени потрачено? Даже предупредительных сигналов не получил… Что ж, нужно признать, я бездарь и глупец в одном флаконе. И все же, как бы ни было плохо, требуется и дальше работать над чем-то забойным, а тестером пригласить СС и заплатить ей столько, сколько потребуется, но вот согласится ли она?»
Хеттер уже когда-то имел неосторожность перейти дорогу этой убийственной красавице, в итоге пять раз за неделю отправлялся на респаун. И сейчас, похоже, у его горла ее кинжал.
— Эс-эс, это ты? — тихо спросил артефактор, нервно сглатывая, почти уже не сомневаясь в этом. Ну, кто еще из старшекурсников мог вот так виртуозно обойти его охранную систему?
— Я, — призналась девушка.
Артефактор медленно выпрямился и осторожно поднял руки, показывая стоящей за спиной, что у него нет оружия. Он практически не дышал.
— Элле, вроде как мы все порешали, или я ошибаюсь?
— Нет, ты не ошибаешься, — ответила ассасин.
Артефактор осторожно вдохнул и обоснованно спросил:
— Ну, раз между нами нет вражды, и ты меня не убила, тогда ответь: что тебе нужно? И еще, не могла бы ты убрать свой ножик от моего горла, зачем все это?
— Ха, а ты смешной! Надо же, ножик… Еще сказал бы пилочка для ногтей. И
— Хорошо, хорошо, системой клянусь, все, что в моих силах, для тебя сделаю, — быстро заговорил стоящий у верстака. Артефактору не хотелось умирать, а еще больше ему не хотелось тратить на это время. Его неистребимо влекло к своему рабочему месту, дабы закончить эксперимент. — Так что тебе надо? — с нетерпением выкрикнул Хеттер Юнги Жестянщик
— Знаешь, большеголовый, мне очень нужны все данные о боевой группе «Темный Саботаж», — сказала Элле, убирая лезвие и опуская на верстак тугой кошель.
Артефактор шустро смахнул золото в одно из отделений верстака, а из другого вытянул белую тряпицу и, смочив ее чем-то, приложил к шее. Сморщился, а потом развернулся, сказав с хрипотцой и заметной обидой в голосе:
— Такой группы нет в реестре Академии.
Эльфийка ухмыльнулась и снисходительно посмотрела на трясущего над небольшой царапиной одного из лучших артефакторов современности, хотя еще и не закончившего Академию.
— А вот здесь наш умник явно ошибается. Уже есть.
Жестянщик выпустил из рук белую тряпицу, всю в крови, и с большой заинтересованностью спросил:
— Неужели заочники?
Эльфийка горестно вздохнула и высказалась с жаром да по полной:
— Да еще какие! Нашу группу слили, «Огненных заек», «Безжалостных», все пошли на… в общем, много кто из первой десятки вылетел, умывшись кровавой юшкой. И поэтому настроение у меня, Хеттер, сегодня отвратное. Знаешь, я так быстро на тринадцатый пост даже на первом году обучения не отправлялась, причем дважды, к тому же я сегодня уделала своего лидера и вышла из состава ХЦ.
На что Жестянщик не сдержался, присвистнув, но ассасин даже не обратила внимания на это:
— Поэтому, Хеттер, твое обычное «позже, вечером, завтра все будет» сегодня не играет, требуется срочно. Сейчас же! Десять секунд на раздумья. Время пошло.
Артефактор шумно вздохнул и на некоторое время подвис, затем уверенно кивнул и бесцеремонно отодвинул ассасина от своего рабочего места. Похоже, совершенно уже забыв, кто перед ним. К сожалению, понять что-то по выражению его глаз было проблематично, так как все пространство перед лицевой частью шлема закрывали левитирующие оптико-магические приборы с вычурными элементами сложной механики. По истечении девятой секунды Жестянщик ответил:
— Ж-ж-есть! С твоими заказами нас когда-нибудь обоих вышвырнут из Академии. Если поймают, конечно, — даже как-то задорно выпалил артефактор, вмиг забыв о своем драгоценном горле, и развил кипучую, но очень странную деятельность.
Он, бормоча себе под нос, лихорадочно скрипел ящичками верстака, шустро доставая и выкладывая что-то на ровную рабочую поверхность. На взгляд эльфийки-ассасина это был какой-то хлам, никому не нужный мусор, обрывки чего-то или даже кого-то.
«Вот это точно жесть. Может, ну его, пусть идет на тринадцатый пост за мое сожранное время?». В душу ассасина медленно заползало сомнение и критическое отношение к своим решениям.
«Может, это все разводка, и никакой он не артефактор?», — и она посмотрела на элегантное и очень дорогое кольцо на пальце, прибавляющее к скорости сразу пять процентов. И тут Жестянщик ее удивил, видимо, он хорошо подловил момент и уже отлично понимал ее, прохрипев, даже не поворачиваясь:
— Эс-эс, не сомневайся, потерпи немного, я золото просто так не беру. И прекрати уже меня убивать! Знаешь, это нерационально — убивать гениев, их наоборот надо холить, лелеять, охранять и зарабатывать деньги на их идеях.
