Давным-давно, в незапамятные времена, когда дед твоего деда еще не родился на свет, на опушке огромного дикого леса, называвшегося Бескрайним, стояла деревня, а в деревне жил мальчик по имени Тим. Маму мальчика звали Нелл, а отца – Большой Росс. Они жили дружно и вполне счастливо, хотя и небогато.
– У меня только четыре богатства, чтобы оставить тебе в наследство, – так Большой Росс говорил сыну. – Знаешь какие, сынок?
Тим знал и перечислял их не раз, но не уставал повторять вновь и вновь:
– Твой топор, твоя счастливая монетка, твой дом и твое ремесло – твое место, которое ничуть не хуже, чем у короля или стрелка в Срединном мире. – После этого он умолкал ненадолго и всегда добавлял: – И еще мама. Получается не четыре, а пять.
Большой Росс смеялся, целовал сына в лоб и желал ему спокойной ночи, потому что обычно этот ритуал происходил у них вечером, когда Тим уже ложился спать. Нелл стояла в дверях и ждала своей очереди поцеловать Тима на ночь.
– Да, – говорил Большой Росс, – маму нельзя забывать никогда. Потому что без мамы все остальное вообще ни к чему.
И Тим засыпал, зная, что его любят, что у него есть свое место в мире. Засыпая, он слушал дыхание ночного ветра: сладкое от благоухания древоцвета, росшего на опушке Бескрайнего леса, и слегка кисловатое – но все равно приятное – от духа железных деревьев в глубине леса, куда отваживались заходить только самые смелые.
Это было хорошее время, но, как нам известно – из сказок и из самой жизни, – все хорошее когда-то кончается.
Однажды – в тот год, когда Тиму сравнялось одиннадцать – Большой Росс и его напарник Большой Келлс запрягли лошадей в повозки и поехали к тому месту, где Тропа железных деревьев углублялась в лес, как они делали каждое утро, кроме седьмого дня на неделе, когда вся Древесная деревня отдыхала от трудов. Однако в тот день домой вернулся один Большой Келлс. Вернулся весь черный от сажи, в обгоревшей куртке. В левой штанине зияла дыра, сквозь которую проглядывала красная обожженная кожа, покрытая волдырями. Большой Келлс сидел, скособочившись, в повозке, словно ему было больно выпрямиться.
Нелл Росс вышла на порог своего дома и крикнула:
– Где Большой Росс? Где мой муж?
Большой Келлс медленно покачал головой. С волос на плечи посыпался пепел. Большой Келлс произнес всего одно слово, но одного этого слова хватило, чтобы у Тима все оборвалось внутри. Его мать пронзительно закричала.
Слово это было «
Никто из ныне живущих не видел лесов, подобных Бескрайнему лесу, ибо мир сдвинулся с места. Это был мрачный и темный лес, полный опасностей. Лесорубы из Древесной деревни знали об этом лучше всех в Срединном мире, но даже им было неведомо, кто и что может скрываться в чаще на расстоянии десяти колес от того места, где кончаются заросли древоцветов и начинаются железные деревья – эти высокие угрюмые стражи. Глубины Бескрайнего леса являли собой великую тайну: это был край необычных и странных растений, и еще более странных зверей, и смердящих болот, и – если верить досужим слухам – непонятных предметов, оставшихся после Великих Древних, предметов загадочных и часто опасных.
Жители Древесной деревни боялись Бескрайнего леса – и правильно делали. Большой Росс был не первым лесорубом, ступившим на Тропу железных деревьев и не вернувшимся назад. Да, местные боялись Бескрайнего леса, но и любили его, потому что железные деревья кормили и одевали их семьи. Они понимали (хотя никто не сказал бы об этом вслух), что лес – живой. И, как и всякому живому существу, ему нужно питаться.
Представь, что ты – птица, парящая над бескрайним простором дикого леса. С такой высоты кажется, будто земля оделась в зеленое платье, такое темное, что оно представляется почти черным. По подолу этого огромного платья тянется светло-зеленая полоса. Это – рощи древоцветов. На самой границе светло-зеленой полосы, на самом дальнем краю Северного феода, стояла деревня Древесная, бывшая последним поселком в этой когда-то цивилизованной стране. Однажды Тим спросил у отца, что значит
– Это значит налоги, – сказал Большой Росс и рассмеялся, но как-то невесело.
Большинство лесорубов не заходили в лес дальше рощ древоцветов. Но даже там было опасно. Хуже всего были змеи, однако в рощах водились и вервелы – ядовитые грызуны размером с собаку. Немало лесорубов сгинуло в зарослях древоцвета, но это дерево стоило риска. Очень красивая плотная древесина, золотистого цвета и такая легкая, что она едва не парила в воздухе. Из нее получались отличные лодки для передвижения по озерам и рекам, но для строительства морских кораблей она не годилась. Даже самый слабый шторм вмиг расколол бы корабль, сделанный из древоцвета.
