Натали купила билет до Филадельфии на следующий рейс TWA, воспользовавшись кредитной карточкой. В бумажнике у нее оставалось долларов двести наличными и шестьсот пятьдесят – дорожными чеками. Она проверила, сохранилось ли у нее удостоверение представителя прессы с прошлого лета, когда она работала в «Чикаго сан-таймс», и затем позвонила Бену Йейтсу, редактору фотоотдела этой газеты.
– Натали! – донесся до нее голос сквозь треск в трубке и шум аэропорта. – Я думал, ты в колледже до самого мая.
– Так и есть, Бен, – сказала она, – но сейчас я на несколько дней отправляюсь в Филадельфию. Может, тебе нужны фотографии по делу об убийстве членов уличной банды?
– Конечно нужны, – неуверенно сказал Йейтс. – А что это за дело?
Натали вкратце передала смысл заметки.
– Какого черта! Не будет там никаких фото! – воскликнул он. – А если и будет, так их передадут по фототелеграфу.
– Ну а если я раздобуду что-нибудь интересное, тебе это может понадобиться, Бен?
– Конечно. А что происходит, Натали? У тебя все в порядке? Как отец?
Натали почувствовала сильную боль в груди, будто ее ударили. Очевидно, Бен еще не знал о гибели ее отца. Она подождала, пока дыхание немного не успокоится.
– Я тебе все расскажу, Бен. Как-нибудь позже. А пока, если тебе позвонят из филадельфийской полиции или еще откуда-нибудь, ты сможешь подтвердить, что я выполняю работу для «Сан-таймс»?
Последовало короткое молчание.
– Хорошо, Натали. Но ты дашь мне знать, в чем там дело, ладно?
– Конечно, Бен. Как только смогу. Честное слово.
Перед отлетом Натали связалась с университетским компьютерным центром и попросила передать Фредерику, что скоро позвонит. Потом она набрала номер Джентри в Чарлстоне, услышала его голос на автоответчике и после сигнала в трубке сообщила, что у нее поменялись планы. Немного поколебавшись, она добавила: «Будь осторожен, Роб».
В салоне самолета, летевшего прямым рейсом до Филадельфии, было много народу. Рядом с Натали сидел темнокожий мужчина, очень хорошо одетый, привлекательный, если не обращать внимания на толстую шею и крупную челюсть. Он, не отрываясь, читал журнал «Уолл-стрит». Натали сначала смотрела в окно, затем немного подремала. Проснулась она минут через сорок пять, чувствуя себя одинокой и уставшей, и сразу пожалела, что отправилась в эту погоню за привидениями. Она вытащила из сумки чарлстонскую газету и в десятый раз перечитала заметку. У нее было ощущение, будто она уже давно уехала из города и все случившееся с ней – и Роб тоже – всего лишь сон.
– Я вижу, вы читаете про это безобразие, которое произошло недалеко от моего дома.
Натали повернула голову. Ее сосед отложил журнал и теперь улыбался ей, держа в руке стакан с виски.
– Вы спали, когда стюардесса разносила напитки, – сказал он. – Хотите, я ее позову?
– Нет, спасибо. – Ей что-то не понравилось в манерах этого человека, хотя трудно было сказать, что именно. Все в нем – улыбка, негромкий голос, непринужденная поза – выражало открытое дружелюбие. – А что вы имели в виду, когда сказали про безобразие недалеко от вашего дома?
Он указал рукой со стаканом на газету:
– Разборки между бандами. Я как раз живу в Джермантауне. Эта мерзость происходит там постоянно.
– Вы можете мне рассказать подробнее? Про банды и про… убийства?
– Про банды могу, – кивнул сосед. Его голос напоминал Натали раскатистый бас актера Джеймса Эрла. – А вот про убийства – нет. Последние несколько дней меня не было дома. – Тут он широко улыбнулся. – И потом, мисс, я из другого района, несколько повыше классом, чем эти бедные ребята. Вы собираетесь посетить Джермантаун, пока будете в Филадельфии?
– Не знаю. А что?
Он улыбнулся еще шире, хотя в его темно-коричневых глазах трудно было что-то прочесть.
– Просто я подумал, что это будет интересно. Джермантаун – историческое место, там есть не только трущобы и банды. Мне бы хотелось, чтобы туристы знали про обе эти стороны. – Он вдруг спохватился: – О, возможно, я делаю какие-то поспешные выводы и вы сами живете в Филадельфии?
Усилием воли Натали заставила себя расслабиться. Нельзя ведь всю жизнь проводить в состоянии параноидного беспокойства и тревоги.
– Нет, я просто еду в гости, – улыбнулась она. – И мне хотелось бы услышать как можно больше про Джермантаун. И плохое и хорошее.
– Вот это правильно, – одобрил ее собеседник. – Знаете, я, пожалуй, попрошу еще виски. – Он подозвал стюардессу. – Вы действительно ничего не хотите пить?
– Если только стакан колы.
Он заказал напитки, потом снова повернулся к ней, все так же улыбаясь:
– Ну что ж, если я буду вашим официальным гидом по Филадельфии, нам, по крайней мере, следует познакомиться…
– Меня зовут Натали Престон, – сказала девушка.
– Рад встрече, мисс Престон, – произнес мужчина с вежливым полупоклоном. – А я – Дженсен Лугар. К вашим услугам.
«Боинг-727» плавно скользил в облаках, без усилий приближаясь к быстро надвигавшейся зимней ночи.
За Ароном и его семьей пришли в третьем часу рождественского утра.
