– Нет, он не знает, что они меня мучают. Я не хочу его тревожить. У него сейчас слишком много работы, он пропадает на совещаниях почти каждый день. Не хочу, чтобы он думал о моих снах.
– А что говорит Дерен?
Девочка опустила голову и посмотрела на дом, игнорируя вопрос брата.
– Ты не сказала ему?
– Не хочу никого беспокоить.
– Спасибо, что рассказала мне.
– Ты же мой брат. К тому же ты слышишь, как я выхожу из комнаты. Как ты это делаешь? Арон ведь спит, хотя его комната ближе к моей, но как ты слышишь меня?
Роан засмеялся.
– У меня чутье работает на тебя, а то решишь вдруг бежать к Линдеру среди ночи. Кто-то же должен тебя оберегать.
– Из нас троих, вы с Ароном обычно приносите неприятности, на пару с Алексием.
– В любом случае, осторожность будет не лишней.
– Тебе говорили, что тебе нужно идти в королевскую разведку? – с улыбкой спросила его сестра.
– Каждый раз, когда люди узнают моих талантах. Ты мне это говоришь почти каждый день.
Они улыбнулись друг другу и погрузились на какое-то время в молчание.
– Как скоро вы отправитесь в Феней? – Спросила Адриана, нарушив тишину.
Роан тяжело вздохнул. Вопрос отъезда братьев на учебу в другое государство встал несколько месяцев назад, и сейчас решались последние детали, перед тем, как они уедут туда на несколько лет.
– Я не знаю, Адри. Отец пока ничего не говорил, но думаю, в конце года, мы уже должны будем уехать.
Девочка кивнула словам брата. Ей было тяжело при мысли о том, что два самых близких человека покинут её на несколько лет, но расставание было неизбежным в любом случае.
– Я думаю, вам там будет весело, – сказала она с улыбкой.
– Это всего на пару лет, – приободрил её брат, приобняв за плечо, – мы будем приезжать, к тому же есть магическая почта. Ты будешь нам рассказывать про свои проделки и как ты пакостишь на занятиях с лессой Женевьевой.
При упоминании имени гувернантки, девочка скривилась. Суровую и молчаливую женщину она невзлюбила сразу. С её появлением в жизни Адрианы возникли сотни правил, «разрешено» и «позволено» леди, поклоны, реверансы, десятки вариантов улыбки, от которых сводило щеки.
– Не понимаю, за что папа так со мной поступил. Она же ужасная.
– Знаешь, для тебя это будет хорошей практикой, как общаться с не самыми приятными людьми при дворе. Ты будешь часто их встречать, к сожалению.
– Ты встречал?
– Да. Особенно, когда мы с Лексом. Вокруг него постоянно крутятся придворные, далеко не все хотят просто хорошо общаться с принцем. Все понимают, что однажды он станет королем и готовят почву.
Девочка поджала колени и посмотрело на небо. Постепенно стали появляться солнечные лучи, которые начинали новый день. Со стороны особняка раздались первые звуки. Начали просыпаться слуги, чтобы начать новый день.
– Пойдем внутрь? – предложил брат, прервав ход мыслей девочки.
– Да, пойдем, но чур ты меня несешь, – хитро улыбнулась ему девочка.
– Ах, так, – хитро прошептал брат и схватил Адриану, закинув её на спину.
Девочка не смогла сдержать смеха, чем и заразила брата. До боковых дверей, которые вели во внутренний коридор, они добрались быстро. Дом постепенно наполнялся звуками. Но в этой части дома, где были брат с сестрой, никого не было видно.
– Роан, стой, – крикнула Адриана, когда брат поставил её на пол в коридоре. – Мои туфли, они остались у дверей.
Брат шутливо поклонился ей и сказал:
– Моя леди, не беспокойтесь, я позабочусь об этом важном для вас деле.
Девочка показала ему язык и рассмеялась. Когда брат исчез за углом, где была дверь во внутренний сад, Адриана огляделась по сторонам. Взгляд её упал на дверь гостиной, той самой, где висел портрет матери.
– Адри, – окликнул её брат, когда девочка потянулась к ручке двери.
– О, ты нашел их, спасибо.
– Ты хотела зайти?
Девочка вздохнула и виновато посмотрела на брата. Они не часто обсуждали маму, каждый старался забыть ту боль, что пришла с её утратой. Она отошла от двери.
– Пойдем, – сказал ей брат, подтолкнув её в двери.
В комнате царил покой. С портрета сняли траурную ткань. Брат с сестрой замерли у входа. Оба смотрели на портрет.
– Ты скучаешь по ней? – спросила девочка.
Она посмотрела на брата, с лица которого исчезла улыбка, которую она видела в саду.
– Очень.
Адриана повернулась к двери, чтобы уйти, чтобы не открыть затянувшиеся раны, но услышала голос брата:
– Я помню, как мы все сидели на лужайке в Алинсии. Мне было девять, а тебе тогда только исполнилось четыре. Ты бегала по поляне за какой-то бабочкой, тебе так сильно хотелось её поймать. Недалеко от тебя сидел отец и наблюдал за тобой, а мы с Ароном сидели рядом с мамой. Она улыбалась, глядя на нас, на всех нас. И отец улыбался тогда. Она всегда будет с нами, Адри. В нашей памяти.
Взяв сестру за руку, Роан вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь, но Адриана заметила печальный взгляд, который брат бросил на портрет.
***
– Леди Адриана, ещё раз повторяем это движение, оно получается у вас слишком рваным и неестественным. Вы должны парить над полом, а не переваливаться с позиции на позицию.
