–
–
И мадам Жеан принималась дергаться, жалобно блеять, высовывать язык, изображая овечку, мучающуюся в предсмертной агонии.
С глазами, полными слез, Мири, дрожа, прятала личико в юбках Арианн. В этот момент вмешивалась Евангелина Шене, мягко, но, решительно предлагая мадам Жеан остановиться, чтобы ее девочек потом не мучили кошмары.
Хотя страшные истории мадам Жеан сводили их с ума, вспоминала Арианн, и она и сестры снова и снова умоляли старуху рассказать еще. Ничто не удерживало местных детишек от такого захватывающего времяпрепровождения и позднее.
Но когда Арианн зашла в лавку, в тот день там никого не было, кроме самой старухи. Она сделала заказ, мадам Жеан кивнула и достала с далеко не пустующих полок несколько склянок. Она никогда не задавала лишних вопросов. Именно это многие ценили в старой женщине, когда приходилось иметь с ней дело – она умела держать язык за зубами.
Укладывая в корзинку Арианн склянки, старуха вежливо поинтересовалась:
– Голубушка, как ваши милые сестренки?
– Э-э… неплохо, – ответила Арианн, хотя сама боялась, что ни у Габриэль, ни у Мири не все так, как надо. Мири после ночного кошмара утром была бледной, замкнутой, не притронулась к завтраку. Сразу исчезла в скотном дворе искать утешения у своих животных. Что до Габриэль, та держалась холодно и отчужденно, обрывая все упоминания о разговоре предыдущей ночью. Но, несмотря на холодную манеру сестры, Арианн видела, что глаза ее затуманены печалью.
Расплачиваясь за покупки, вкладывая в морщинистую руку мадам Жеан несколько монет, Арианн почувствовала на себе ее проницательный взгляд.
– Что всем вам троим нужно, так это немножко любви, дюжего молодого любовника.
Арианн сердито сверкнула глазами – она уже слышала все это раньше. Мадам Жеан изрекала сию истину всякий раз, когда Арианн бывала в лавке.
– Вот что, мадам, – проворчала Арианн. – Надеюсь, вы не пытаетесь продать мне одно из ваших приворотных зелий.
– Сказала бы, что нет. Только представьте, что я навязываю такую ерунду Хозяйке острова Фэр. Я лишь хочу сказать, что по ночам постель женщины бывает унылым местом, если ее не согревает мужчина. Уж мне-то не знать. Я пережила четырех мужей, упокой Господь их души.
– Четырех?! – удивленно воскликнула Арианн.
Она знала, что аптекарша была вдовой, но никогда не догадывалась, что у нее было столько мужей.
– Ага, и все были мужчины что надо. Думаю, это я их всех довела. Но обожала всех до одного.
– Так… так много любовей, – не удержалась Арианн.
Мадам с чувством вздохнула:
– Ага, не отказалась бы и от пятого, если бы, скажем, в лавку забрел подходящий мужчина, какой-нибудь напористый малый, легкий на шутку, с проворными руками и шустрыми глазами.
Старуха, приподняв пальцем подбородок Арианн, с нежностью поглядела в ее глаза.
– Боюсь, никогда не видать тебе легкой любви, но когда влюбишься, то крепко, глубоко и навсегда. И отдашь свое сердце только раз, как твоя славная мама.
«И, как у мамы, все, вполне возможно, закончится разбитым сердцем». Арианн несогласно затрясла головой.
– Не намерена никому отдавать сердце. У меня слишком много дел как у Хозяйки острова Фэр, чтобы искать себе любовника.
– Может быть, он сам тебя найдет, – лукаво подсказала старуха. – Я слыхала, что на остров вернулся граф Ренар.
– Вернулся, – как можно равнодушнее подтвердила Арианн.
– Вот тебе и мужчина. Просто богатырь, да и не дурак. Может, не красавец, но лично я всегда предпочитала, чтобы у мужчины наряду со сносной физиономией было немножко и от беса-искусителя.
– У того, пожалуй, слишком много, – отметила Арианн. – Мадам, у вас такой богатый опыт в отношении мужчин. Не встречался ли вам такой, кто владел бы старинными средствами? Колдовским искусством?
Старуха озорно подморгнула.
– Ну, скажем, мой третий под одеялом был просто кудесником.
Арианн криво усмехнулась, но продолжала настаивать:
–
Мадам Жеан пожала плечами:
– Так выходи за него и удержи от напасти.
– Сомневаюсь, что мне это по силам. Я даже не могу читать в его глазах. Никогда не знаешь, что у него на уме.
– О, наверное, то же, что и у большинства мужчин: когда сможет затащить тебя в постель и что будет на обед.
Арианн неожиданно представила Ренара у себя под одеялом, подтянутого, крепкого и… голого. Чувствуя, что краснеет, она глубоко вздохнула.
– Есть и другие способы узнать, что у человека на уме, – заметила мадам Жеан.
Порывшись под прилавком, она достала маленькую склянку с жидкостью цвета ржавчины. Арианн удивленно подняла брови. Мадам наклонилась и заговорщически произнесла:
– L'essence de verite.
