– Ты лучше, чем думаешь, – сказала Ания, не отворачиваясь от костра. – Эти люди тебе верны. – Она посмотрела на Халлу необычно пристальным взглядом. – Верь в Ледяного Отца, юная леди.
Воительница медленно повернулась и уставилась на старуху. Вульфрик нависал над ней, защищая от холодного ветра, и на его фоне она казалась совсем крохотной.
– Ты что-то знаешь, Колыбельная, – с подозрением заметила Халла. – То, чего тебе знать не положено.
Ания занесла руку, желая дать Халле пощечину, но воительница ухватила ее за запястье, удерживая руку.
– Полегче. – Вульфрик встал на ее защиту. – Она просто немного вспыльчивая, не нужно ее обижать.
– Она знала, о чем я думаю, – ответила Халла, не отводя взгляд от Ании.
Мудрая женщина улыбнулась – неприятный оскал, из-за которого на ее лице, казалось, стало еще больше морщин.
– Я знала… и знаю… если ты хочешь знать как… или почему, – ответила она загадочно. И с озорством прищурилась: – Ты же последуешь моему совету, Халла Летняя Волчица?
Вульфрик посмотрел на воительницу, и в его глазах вдруг отразилась тревога. Он отстранился от мудрой женщины.
– Объяснитесь, матушка.
– Не нужно страха, воин. – Ания неожиданно напряглась. – Я говорю только то, что появляется у меня в голове, что говорит мне Ледяной Отец. – Взгляд ее метался между Халлой и Вульфриком. – Он больше не может говорить с нами, поэтому распространяет свои мысли, чтобы они дошли до мужчины, женщины или ранена.
Ее лицо смягчилось. Вульфрик и Халла, увидев, как подобрело выражение ее лица, тоже расслабились.
– Я слышу очень мало, но вы, молодежь, должны меня послушаться. Я знаю путь.
Халлу вдруг перестал тревожить холод. Она нахмурилась, и ее разум невольно успокоился. Слова старой женщины превратились из непонятных причитаний в мудрые рассуждения. Неожиданно к ней стали прислушиваться. С другого конца лагеря юный послушник Рованоко, Генрих Кровавый, широко распахнув глаза, посмотрел в их сторону. Он все еще учился на жреца, но уже несколько раз продемонстрировал свою глубокую преданность Ледяному Гиганту.
– Мы знаем наш путь, матушка, – сказал Вульфрик, все еще настороженно, но стараясь мягко произносить слова. – К добру или к худу, но мы атакуем Медвежью Пасть.
Ания покачала головой, удовлетворенно улыбнувшись на мягкость Вульфрика.
– Нет, нет, нет. Ваш путь лежит под ней, молодой человек. – Она протянула руки и потерла ладони перед огнем. – В ледяных пещерах вы потеряете многих, но в Медвежьей Пасти вы потеряете всех.
– Люди не возвращаются из ледяных пещер, матушка, – возразил Вульфрик.
Халла никогда не слышала о пути, лежащем под Медвежьей Пастью. Она склонилась к мудрой женщине и внимательно ее слушала.
– Ты почти такой же глупенький, как и девчонка, молодой человек, – огрызнулась Ания. Она снова повернулась к Халле и лукаво улыбнулась. – Ваш путь лежит ниже. Послушай старую женщину, кто знает больше, чем ты можешь себе представить, воительница Рованоко.
Халла на секунду задержала взгляд на старухе, затем посмотрела на лагерь и крикнула Рекселю, чтобы тот подошел к ним. Падающее Облако резко вскинул голову и направился к их костру. Он не отрывал взгляда от старухи. Что бы ни сказал им Генрих – это его явно насторожило.
– Холодная ночь, – произнес он, чтобы завязать разговор, и присел у огня, согревая руки. – При первых лучах рассвета я возьму с собой десять воинов и посмотрю, что мы сможем найти.
Ания захихикала и крепче прижалась к груди Вульфрика, чтобы защититься от холода.
– Я не поведусь на игры мудрой старухи, Колыбельная… и даже
Ания ухмыльнулась.
– Не позволяй тому, чего ты не понимаешь, доводить тебя до глупостей.
– Держи свое мнение при себе, – ответил Рексель, затем повернулся к Халле и спросил более уважительно: – Вы что-то хотели, госпожа?
Она кивнула и отмахнулась от возражений, которые Вульфрик собирался сделать на замечание Рекселя. Несмотря на мудрость женщины, он имел право на подозрения, и она ценила в нем это качество.
– Ледяные пещеры – что ты о них знаешь? – неожиданно спросила она.
Рексель наморщил лоб в раздумьях.
– Ты имеешь в виду паучьи пещеры?
– А я их имею в виду? – спросила она у Ании, которая радостно кивнула.
– Дерьмо, – просто сказал Рексель. – Только безумец или дурак посчитает их более легким путем, чем Медвежью Пасть.
– Я не дура и не безумная, юный Рексель. – Ания не смотрела на него, все так же протягивая слабые руки к огню. – У вас недостаточно воинов, чтобы пройти через Медвежью Пасть. Вы все умрете.
Она говорила так, будто это само собой разумелось.
– Давайте не будем торопиться, – вмешался Вульфрик. – Нас тяжело убить. – Он произнес это с гордостью, которую, очевидно, разделял и Рексель.
Ания снова захихикала.
– Вы убьете многих и умрете с честью.
