– Этот декрет подписан герцогом Лиамом из Вейра и утвержден королем Себастьяном Тирисом. В нем говорится, что всем и каждому из лордов и рыцарей Тор Фунвейра необходимо оказать всяческое содействие каресианским друзьям. – Сообщив подобные вести, Изра улыбнулась.
Вессон прочитал пергамент, и плечи его поникли – он осознал: его народ предали. Аристократы ро сейчас были не более чем пешками в большой игре.
– Эта бумага не дает вам права убивать мужчин, женщин и детей, простых жителей, которые не совершили никакого преступления и не обидели никого из вас. – На лице маршала было написано отчаяние, но он продолжил: – Большинство моих людей не волнует, что происходит в остальном Тор Фунвейре. Мы торговцы и лавочники.
Изра улыбнулась с выражением человека, у которого вся власть над ситуацией. Она знала, у противника не осталось козырей в рукаве.
– Если откроешь ворота, – произнесла она, посмотрев за спину маршала на разрушенные стены, – и сдашься нам без оговорок и условий… – улыбка расплылась, обнажая зубы, из-за чего стала еще заметнее ее сломанная челюсть, – тогда мы не причиним жителям излишних страданий.
Она специально добавила «излишних», желая придать фразе некоторую неопределенность.
– Будь ты проклята! – взревел Вессон. – Как думаешь, с кем ты сейчас разговариваешь, сука?!
Изра даже не поморщилась, хотя большинство ее капитанов зарычали, услышав оскорбление.
– Думаю, я разговариваю с человеком, у которого нет выбора, – спокойно ответила она. – Ты согласишься, иначе погибнет много твоих людей. Мы не тронем никого, кто склонит перед нами колени.
Маршал впал в бешенство, он стискивал зубы и крепко сжимал рукоять длинного меча, а конь его гарцевал из стороны в сторону.
– Неужели тут нет мужчины, с которым я могу поговорить, каресианская шлюха? – возмутился он, не подумав о возможных последствиях подобной фразы.
Изра Сабаль, погонщица Псов, была садисткой, и при всех ее способностях оставаться невозмутимой единственное, чего она не могла простить, – указания на свой пол.
– Я пыталась разойтись по-хорошему, маршал Вессон. – Ее трясло, когда она это говорила, а лицо покраснело от гнева. – Но, боюсь, вы станете моим первым уроком жителям Козза.
Она повернулась к Казимиру Ру, который стоял рядом, на свежую рану у него на лице была наложена толстая повязка.
– Посмотрим, как ему понравится быть женщиной. – Она указала на свою промежность.
Казимир злобно ухмыльнулся, и остальные капитаны резко выхватили свои ятаганы.
– Убить всех! – крикнула Изра стрелковым отрядам.
Далиан замешкался, не желая участвовать в бессмысленной резне, но секунду спустя присоединился к Псам, забрасывая копьями людей маршала. Некоторые промахнулись, но противников было немного, и им нанесли достаточно ран, чтобы те попадали с коней. Вессон остался в одиночестве.
Тех, кто еще оставался в живых, быстро обезглавили Псы, затем в считаные секунды окружили маршала. Вессон был уже немолод, но скорость, с которой он обнажил меч, многое говорила о его опыте.
Замахнувшись, он прямым ударом раскроил череп одному из Псов и, развернув коня, сбил с ног еще троих. На мгновение показалось, будто он может уйти. Но воины Каресии подрубили ноги коню, и маршала Вессона из Козза, рыцаря Тор Фунвейра, стащили на землю. Он изрыгал ругательства и проклятия, сопротивлялся изо всех сил, пытаясь вырваться из хватки множества рук в боевых рукавицах. У него отобрали меч, а его самого растянули на земле, удерживая за руки и ноги.
Изра и Казимир подошли к поверженному противнику.
– Снимите с него броню, – прошептала Изра.
Как Вессон ни старался, он ничего не мог сделать – только кричать и вырываться, пока разрезали и снимали кольчугу, а рыцарский плащ с гербом Коза бесцеремонно разорвали надвое. Поножи и латные рукавицы бросили на землю, и через какие-то секунды он остался только в простых штанах из ткани. Руки и ноги ему прижимали к земле по двое воинов, а еще один удерживал неподвижно голову, заставляя смотреть на тех, кто стоял над ним со злым взглядом.
Далиан серьезно размышлял о том, чтобы помочь рыцарю. Тот не заслуживал смерти, но, подумав еще раз, Черный воин присоединился к своему отряду и стал молча наблюдать за сценой. В отдалении на стенах Козза лихорадочно бегали воины с заряженными арбалетами.
– Маршал Вессон, быть женщиной в мире мужчин нелегко, – с торжеством прошипела Изра. – Я покажу тебе, что имею в виду.
Погонщица присела на землю перед маршалом и, не обращая внимания на оскорбления и клятвы отомстить, приказала своим людям пошире развести ему ноги. Затем вытащила из-за пояса небольшой нож и разрезала ему штаны, оставив маршала голым и беззащитным.
Вессон перестал вырываться, дыхание его участилось, и он произнес:
– В Тор Фунвейре есть смелые люди… сильные и благородные люди, которые заставят тебя заплатить за то, что ты сегодня сделала. – Затем он улыбнулся. – Сука.
Изра посмотрела на Вессона и выпучила глаза, на губах у нее показалась слюна.
– Не думаю, что ты когда-нибудь снова сможешь познать женщину, шлюха ро.
