— Не те Горланы, которых ты имеешь в виду, — ответила Рютула. — Не у пауков, живущих на землях людей. Они для нас то же самое, что вы — для Гигантов, которым вы поклоняетесь.
— Сколько тебе лет, Горланская Матерь? — спросил Ута.
— Я не понимаю время людей. Ваши годы не имеют смысла для мира и для тех, кто пребывает в долгих веках Глубинного Времени. Ваша раса — точка, пылинка на ткани вечности.
Ута уже сомневался в том, что его предыдущий взрыв эмоций был уместен.
— Я сказала, мне тяжело смотреть на тебя — ведь ты носишь облик Теневых Гигантов, бледную кожу и розовые глаза тех, кого мы любили.
Ута поднял бровь и попытался показаться учтивым.
— Теневые Гиганты были альбиносами?
Рютула чуть было снова не встала на дыбы, но быстро пришла в себя.
— Нет, не альбиносами. Но у них была бледная кожа и розовые глаза. У всех, кто несет в себе кровь Гигантов, есть какие-то уродства. Отметины Глубинного Времени, если тебе так больше нравится. Твоя отметина лучше многих; я видела потомков древней крови с щупальцами вместо рук и с ротовой воронкой миноги вместо головы.
Уте не понравилось, что его альбинизм назвали «отметиной», но он не стал обижаться на манеру речи чудовища.
— У кого из Гигантов были щупальца?
— У Водяных Гигантов. Бесформенных чудовищ, которые очень давно оставили свои чертоги, — ответила Горланская Матерь. — Ты можешь встретиться с ними, если последуешь за мной и заберешься достаточно далеко.
— А если мы не хотим встречаться с чудовищами? — выпалил Рэндалл, все еще прячась за хозяином. — Ну, может, не знаю, сначала несколько месяцев отдохнем и восстановим силы?
— Рэндалл, просто заткнись, — пробормотал Ута, пытаясь сосредоточиться на том, что ему говорят.
— Твой слуга отправится с нами? — спросила Горланская Матерь.
Ута задрал подбородок.
— Он мой оруженосец и друг, но не слуга. Ни мой, ни твой.
Рэндалл посмотрел на хозяина, признательный за такие слова.
— Он пойдет туда же, куда и я, — добавил Ута.
— Это может вызвать трудности, когда мы доберемся до лабиринта, — ответила Рютула, загадочно ссылаясь на отрывок из сна Уты. Он видел лестницу, лабиринт и стража, но изображения расплывались и казались ему бессмысленными.
— Ты можешь привести нас к лабиринту? — спросил он.
— Могу. И приведу, — ответила Горланская Матерь.
Ута поджал губы, размышляя, каким образом гигантский паук может проводить их в Каресию. Рютула, скорее всего, долгие века прожила в Фелле и не привыкла путешествовать по землям людей.
— Как ты собираешься это сделать? — спросил он, решив быть откровенным. — В карман тебя не положишь.
Он не знал, сочла ли Рютула забавным его замечание, но Горланская Матерь попятилась и еще больше съежилась.
— Если так будет проще… — начала она, медленно уменьшаясь в размерах.
Ута и Рэндалл ахнули. Чудовище растеклось и исказилось, волосы с тела исчезли, а ноги сплавились вместе в причудливую помесь между человеком и Горланом. Несколько секунд спустя на том месте, где стояла Рютула, на земле сидела обнаженная женщина.
— Можете звать меня Рут, — сказала она. — И мне нужна одежда.
Ута и Рэндалл несколько секунд молча смотрели друг на друга, не зная, что сказать и какие слова сейчас будут уместны.
Женщина, которая была Рютулой, поднялась на ноги, не стесняясь своей наготы. У нее были темные волосы и черные глаза, ничто в ее внешности не напоминало о пауках. Худощавая, с немногими плавными изгибами фигуры, она была все равно достаточно привлекательна. Ута потряс головой и глубоко вздохнул.
— Еще один оборотень, — пробормотал он себе под нос.
— Хозяин, это женщина, — произнес позади него Рэндалл. — Сначала это был большой паук… а теперь это женщина… мне надо присесть на минутку.
— Я не оборотень, древняя кровь. — Она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла странной, угловатой, отчего Уту пробрал озноб.
— А мое имя — не «древняя кровь», — ответил альбинос. — Если предполагается, что нам придется выносить тебя дольше, чем несколько часов, тебе придется привыкнуть к нашим именам. Я Ута, а это Рэндалл.
— Хозяин, — тихо спросил оруженосец, — куда мы собираемся?
Уместный вопрос, и, если не касаться странного сна Уты, на него было достаточно тяжело ответить. Он отвернулся от Рут и положил ладонь на плечо оруженосца.
— Мы отправляемся в Дальнюю Каресию. Там есть лестница, лабиринт и страж. — Он попытался улыбнуться. — А потом — в чертоги за пределами мира.
Рэндалл нахмурился. Он беспрекословно следовал за хозяином и никогда ничего не просил для себя. Но сейчас Ута больше всего на свете хотел бы позволить Рэндаллу прожить обычную, счастливую жизнь.
— Ладно, — наконец произнес оруженосец. — Но перед нашим путешествием мне нужно будет хорошенько напиться.
Рам Джас не любил лошадей. За свою жизнь ему пришлось немало ездить верхом, но он все так же ненавидел огромных, вонючих чудовищ и дурацкие звуки, которые они постоянно издавали.
