Леденцов резко поднялся, выпрямился, одернул форму, выпрямляя складки. «Действительно – вылитый Панкратов, – снова мелькнуло у Димки. – Тот тоже всегда был подтянутый, ни складочки на одежде, прямой как рельса, и мерзким взглядом до печенок жег. Дурные привычки живучи и легко находят новых хозяев…»
– Если что-нибудь потребуется, то обращайтесь к моим орлам. Обоих оставлю здесь, за вами присматривать.
«Чтобы вы никуда не сбежали».
Взметнулся полог палатки, и бауманцы остались одни. Димка покрепче обнял девушку, и некоторое время они сидели молча, наслаждаясь близостью друг к другу, глядя на трепетный огонек свечи и размышляя о том, в каком скверном положении оказались.
– Думаешь о том же, что и я? – наконец тихо обронила Наташа.
– Подстава, – Димка горько усмехнулся. – Шрам даже в самой паршивой ситуации сумеет придумать, как использовать ее для своей выгоды. Мы здесь в качестве приманки. Остается лишь подождать, какая рыбина на нас клюнет. Наш Виктор Викторович именно так решает свои проблемы.
– А хорошо ты упертого играл, – Наташа негромко рассмеялась. – Хотел выудить у него как можно больше информации?
– Ну да, – Димка тоже улыбнулся. Покосился на девушку, и его улыбка погасла. Волосы скрыты выцветшей косынкой, на юном лице следы усталости, накопившейся за часы вынужденного бодрствования. В больших выразительных глазах отражается изматывающая душу тревога. – Выглядишь устало. Совсем тебя в госпитале загоняли, паразиты?
– На себя посмотри. Ты когда спал последний раз? Сутки назад? Двое?
– Да я уже и не помню…
– Ну а меня Леденцов прямо со смены забрал. Дим, – Наташа мягко отстранилась и пересела на соседний ящик, так, чтобы их лица оказались напротив. Тихо заговорила: – Как бы мы не откладывали этот разговор, а от него не уйти. Мы не можем быть вечно у Шрама на побегушках. Не этого хотел Натуралист, когда отдал жизнь, спасая нас.
– Я тоже об этом думаю, – Димка помрачнел. – Постоянно. Но с крючка Ганзы спрыгнуть не так-то просто.
– Нужно что-то делать уже сейчас, – настойчиво твердила девушка. – Иначе снова попадем в загребущие лапы каких-нибудь уродов, которым будет плевать на наши жизни и наши желания. И еще. Шрам слишком часто посылает тебя на задания. Расстояние постоянно разрушает нашу… связь. Нарушает ее… целостность… – Наташе тяжело было подбирать слова, она не привыкла разговаривать на такие сложные темы – сложные для них обоих. – Когда я вдали от тебя, то часть меня… словно оторвана. Это больно, Дим. И ты это знаешь. Ведь ты чувствуешь то же самое.
Перед глазами Димки вдруг снова встало пламя в ночи, горящая тахта с двумя телами, и послышался как наяву ненавистный голос врага: «Хватит плыть по течению, слабак!»
– Дима?
Сотников вздрогнул, встряхнул головой, прогоняя кошмар и возвращаясь к действительности. Вот же прилипчивый сон, зараза. Но может, и правда пора что-то менять?
– Дим, я же чувствую, что что-то случилось.
Пришлось рассказать о встрече на поверхности с незнакомцем, в котором он почувствовал носителя ЦД, а заодно и о сне-предупреждении. Наташа должна была это знать. Закончив, Димка с усмешкой добавил:
– У нас теперь в непрошеных советчиках сам Панкратов. Я бы предпочел увидеть Натуралиста, но он больше не появлялся в моих снах. Видимо, у мертвецов хватает забот и без нас. Значит, будем решать проблемы самостоятельно. А вообще, знаешь, что мне в голову пришло? Я ведь все равно не такой, как Анюта с Олегом. У них на людей рука не поднималась, даже на откровенных подонков. Словно какой-то внутренний запрет. А я могу убивать. Панкратова же я прикончил и без особых угрызений совести. Может, нам и не надо никакой «семьи»? Может, вполне достаточно нас двоих? И стоит просто исчезнуть из метро? Есть у меня кое-какие мыслишки на этот счет.
– Панкратов был нашим врагом, Дима, – глаза девушки вдруг опасно блеснули сталью – знакомой Димке по той самой ночи, когда, потеряв от пуль снайпера Анюту с Олегом, они решили подороже продать свои жизни. И знали, что схватка с особистом может стать для них последней. Рассказ Димки о незнакомце и сне с Панкратовым ее заметно расстроил и внутренне ожесточил, всколыхнув пережитое. – Мы должны были его остановить.
– Хороший довод оправдать убийство.
– У тебя просто хандра, она пройдет, – уже спокойнее добавила девушка. – Я думаю, что ты – наш защитник. Нашей будущей «семьи», нового сообщества. Ты тот, кого не было у Натуралиста с самого начала, поэтому он и погиб.
– Даже так? – Димка хмыкнул, тем не менее чувствуя, что слова подруги подействовали на него успокаивающе. – Ценю твою веру… в меня. Но мне и правда вполне достаточно твоего общества. Зачем нам кто-то еще?
– Потому что вдвоем мы не выживем.
