В ответ раздался заунывный вой ветра, а мороз тем временем все крепчал и чувствительно кусал за ноги и прочие места, невзирая на авторитеты. Вытащив из печки свое непрезентабельное сокровище, Шаман в спешке утеплился по полной программе. Отодрав от одного из пней кусок коры, он засунул его в топку и разжег огонь, потом покосился на небо. В отсветах огня увидел лампочку, ввертел ее и, почесав в затылке, глубокомысленно изрек: "Надо бы сделать выключатель". Затем подошел к заиндевевшей форточке, подул на стекло, оттаял пальцем кружочек, посмотрел в него (судя по всему, вид из форточки был отвратительный) и сплюнул. Плевок еще в воздухе сразу же замерз и с хрустальным звоном разбился о землю. Шаман обернулся к абажуру, снял с него гирьку, достал из-за пазухи какую-то железку, и с ее помощью начал извлекать из разновеса душераздирающие звуки, что-то гортанно выкрикивая на непонятном шаманьем языке..."
Кое-как справившись со ступором, в который я впала при виде этого сакрального действа, я со всей дури заорала:
- Эй!!!
Шаман оторвался от гири и уставился в мою сторону.
- Иди сюда немедленно, у меня здесь лето!
Недолго думая, парень подхватил под мышку фоторчку, в другую руку взял абажур, потянулся было за лампочкой, но, махнув рукой, рысцой направился ко мне. По мере его приближения в нем все яснее проступали до боли знакомые черты. Не ошиблась я. Но, господи! Его-то как угораздило?! Впрочем, о нем никогда нельзя было знать наверняка - куда его занесет в следующий момент. Если Шаман уходил в состояние нирваны, никаких собак не хватило бы, чтобы его отыскать.
Как только он переступил границу времен года, степь неожиданно исчезла в неизвестном направлении, а на ее место снова вернулся замечательный летний лес с дорогой из кирпичиков.
- Пух! - радостно завопил он, сгребая меня в охапку.
- Пух! Я чертовски рад, что мы встретились. Как ты сюда попала? И, собственно, я тоже? И нет ли тут одного местечка за углом, где мы можем пропустить стаканчик-другой и обмыть нашу сказочную встречу?
Вот уж никогда не думала, что Шаман будет цитировать Джерома. Видать, его потрясение ничуть не уступало моему, давешнему, когда я впервые узрела Беса. Оттого и метет друг мой всякую чушь. Ну, какие, скажите пожалуйста, углы в лесу? Какие, на хрен, местечки и стаканчики? Между тем Сашка активно крутил головой по сторонам, тиская в руках предметы степного интерьера.
Да, дела... Мало того, что прозвище мое проявилось в этом мире, так еще получается, что я теперь в роли Беса оказалась, только с маленькой такой разницей - мне Сашку вести некуда. Грустно, конечно, но нас с Шаманом никто и нигде не ждал, всем было до лампады - есть ли мы вообще в природе или нет, кроме, конечно, Татушки и ее семейства, включая мою собаку. Да только где они теперь? Вдобавок еще и переростки проклятые без спросу по дорогам шастают. Вот им-то, наверняка, есть самый что ни на есть прямейший интерес в наших персонах: ибо как мы для них лакомая добыча. Зато нас теперь двое! А вдвоем всяко веселее.
- Пойдем, Шаман. По дороге расскажу. И кстати, в этом мире меня знают под моим настоящим именем. Впрочем, ты можешь называть меня как хочешь, тем более что к моей незабвенной кличке ты, похоже, больше привык. Да, вот что еще. Тебе обязательно тащить все это барахло? Может, выбросишь куда-нибудь? - спросила я, намекая на его, мягко говоря, необычный для путешественника багаж. О Сашкином "прикиде" я предпочла умолчать, все равно заменить было нечем.
- Никак не могу. Не знаю зачем, но мне оно нужно, черт бы его побрал, - горестно вздыхая, ответил Шаман. - Вот лампочка точно уже не понадобится, и печка тоже. А это придется волочь. Жаль, рюкзака нету.
- Ну, это мы сейчас уладим, - я вытащила из кармана сумочку-саквояж-рюкзак-котомку-торбу-шарик-орешек (нужное подчеркнуть) и бросила на землю.
Перед округлившимися глазами Шамана, превратившимися даже не в блюдца, а в безразмерные тазы, выросла дорожная сумка, габаритами напоминающая пассажирское купе в наших поездах. Ну, не купе, но вы поняли.
- Как знала, что пригодится не одна тара. Давай, запихивай свои причиндалы, - скомандовала я этому удивительному молодому человеку.
В состоянии некоторой отупелости Сашка сложил свой багаж в искомую емкость, я застегнула замки, и сумка снова превратилась в шарик. Я убрала этот вместительный саквояж к себе, так как на поверхности Шамана карманов опять не наблюдалось. Черт знает, куда они подевались. Потом, таким же образом я раскрыла свою сумку, чтобы подкрепить силы едой, каковую, как выяснилось, в совершенно немыслимых количествах Татушка уложила мне в дорогу. Честно говоря, после встречи с крысами я начисто забыла про съестные припасы. А вот теперь вспомнила как нельзя более кстати.
- Не знаю, как насчет местечка за углом, а вот под теми деревцами мы вполне можем перекусить, - я сделала приглашающий жест в сторону небольших березок.
