Сунув руку в узелок, который лежал под подушкой, нащупала медяк. По-королевски одарив ее им, выпроводила.
Выхватив юбку и рубаху, развернула.
Ух ты! Она даже сумела придать этому вполне приличный вид.
Я быстро оделась в нательную рубаху и штанишки. Затем – в линялые голубые рубаху и юбку.
Все. Теперь я готова отправиться в магазин и купить себе красное платье. Я не в Гориде. Буду делать, что хочу.
Я чинно вышла из гостиницы (хотя хотелось понестись со всех ног) и направилась в расположенный неподалеку, как мне объяснила служанка, магазин. И чуть не подпрыгнула, когда передо мной склонился какой-то парень. На солнце блеснули рыжие пряди. А когда он поднял голову, сверкнули синие глаза.
- Благородная эйри…
Каюсь, первая мысль, которая пришла в голову – поднять юбку, отцепить кошелек и вручить его рыжему с извинениями…
Но, слава Килах, не успела.
Я запнулась из-за его глаз. Синие. Глубокие. Как озеро Ам в Шовдане. С такими же бирюзовыми искорками. Невероятные глаза. Скорее всего, они казались такими из-за того, что они как бы… не вписывались в это лицо. Радостная ухмылка, вздернутый конопатый нос, умилительно подвижные брови. Шут, одним словом. И тут такие глаза…
Долго рассматривать это чудо природы не пришлось.
- Благородная эйри. Покаянно прошу простить мою просьбу. Но обстоятельствами принужденный, униженно прошу вернуть мой кошелек, который вмещает в себя все мое имущество. Если бы не непреодолимые причины, как то - неспособность оплатить ночлег и пропитание, ни в коей мере не позволил бы себе побеспокоить вас…
Да. Передо мной стояла жертва моего ограбления.
За долгие годы моих шалостей у меня выработался принцип – никогда не признаваться. Особенно если не оставила улик. Меня могли запугивать, задабривать, но если не предъявляли неоспоримых доказательств, я ни в чем не признавалась.
Тут, правда, произошел какой-то сбой. Ну, мама-ментал меня многому научила. Это игры подсознания – чувство вины и все такое…
Но, по всей видимости, чувство самосохранения оказалось сильнее, и я подавила благородные порывы.
Сделав огромные изумленные глаза, я подхватила его под руку и чуть не плача прошептала:
- О, вас ограбили? Это просто немыслимо! Я же знала, что это карманники. Но я думала, что после того как я осудила их действия, они покаются и не посмеют. О Килах! Они все же совершили это преступление… Поверьте, я искренне вам сочувствую. Но не знаю, чем могу помочь, – я закончила свою патетическую речь на высокой ноте, окинув потерпевшего несчастным и сопереживающим взглядом.
Жертва преступления жертвой почему-то не выглядел. Он продолжал радостно скалиться и восторженно меня разглядывать.
У меня появилось чувство, что он не верит ни одному слову. Это было плохо. Надо уносить ноги. Желательно из Тираса. И желательно побыстрее.
В этот момент над головами зазвучала музыка. Такая бодрая веселая музыка. Я огляделась. Все прохожие смотрели вверх. Я тоже посмотрела.
Не очень высоко над нами воздух сгустился, заклубился зеленоватыми и сероватыми вихрями, затем все развеялось, и показалась девушка. Ну, или фантом девушки.
- Приветствую славных жителей Тираса и его гостей, – заговорила она приятным голосом. – По новому временному циклу сейчас восемь канов утра. Погода на сегодня солнечная. Ближе к полудню жара усилится. Внимание. Жители Ристалара, сейчас наш благороднейший король, Тамирдин Третий, обратится к своим подданным. Слушайте!
Девушка исчезла. Появился король.
Я много раз была в Ристаларе, но никогда не видела его. Для этого надо было иметь доступ во дворец. А моя мама потеряла его, когда, повздорив с влиятельной семьей, уехала из страны. А теперь Тамирдина могут видеть все. Даже простолюдины.
Ристалар изменился?! А вдруг это игры моего разума? Меня слегка замутило. Ведь могло оказаться, что я в руках Змея, и все что, как мне кажется, происходит со мной - это его проделки?
Я заставила себя спокойно выдохнуть. Змееныш так утонченно не действует. Ему нравится причинять боль. «Так что, скорее всего, с ума сходит весь Ристалар» - позитивно мыслила я.
Тем временем король заговорил. Он объявил о заключении с Шовданом долгосрочного мирного договора, по которому оба королевства обязались оказывать любую поддержку и т. д., и т. п. В общем, я, как всегда, потеряла нить повествования. И принялась разглядывать.
«А ничего у них король. Симпатичный».
Шатен. С голубыми глазами. Хотя точный цвет его глаз никто не мог назвать. Это мне мама рассказывала. У него они меняются, переливая всеми оттенками синего, начиная от бледно-голубого. Совсем как Лазурный Лед. А лицо такое… Серьезное. Правильные черты лица. Немного худощав. Но в общем и в целом – симпатяга. Хотелось бы взглянуть на него. Он ведь потомок Изначального. Мама говорила, что нахождение рядом с носителем крови наших Первых магов вызывает в душе такой трепет, что не остается никакого желания, кроме как служить ему. Горидская королева-мать, не будучи прямым потомком, все равно подавляла. Рядом с ней я не смела и подумать о непослушании.
