Слёзы к тому времени успели высохнуть, но на всякий случай она протёрла глаза руками и улыбнулась как можно более беззаботно.
– Ты позже не могла?
– Мы уже все глаза проглядели! – хором начали мальчишки и рассмеялись, смущённые единодушием, которое в данном случае лишь подтверждало правило.
– И вам здравствуйте!
– Намёк понят! – Хихикнув, Борис толкнул Сашку в бок локтем, потом приложил руку к груди и склонил голову в поклоне. – Здравствуйте, Катерина Павловна.
Катя поморщилась. Собственное отчество после всего услышанного резануло слух острой бритвой. Катериной Надеждовной, по имени мамы, нравилось ей куда больше. Жаль, закон в этом вопросе стоял на стороне отцов. А вот фамилию – Катя узнала об этом совершенно случайно – разрешалось придумать и поменять при получении паспорта. Она, тайком от всех, всё чаще подумывала о том, чтоб взять мамину.
– Можно без отчества, просто Катя! И вообще, хватит меня доставать! А что там, все собрались?
– Не так чтоб, но Марина уже бьёт копытом! – рассмеялся Борис. – Инструктировать желают!
– А-а-а! – меня уже дома так наинструктировали, что ехать расхотелось! – в сердцах высказалась Катя и, смутившись своих слов, поменяла тему. – Как с погодой, вы говорили, что на аэродроме метеослужба есть?
– Ясен пень есть! – обрадовавшись, что может быть полезен, ответил Борис и добавил недостающих подробностей. – Нормалёк с погодой, батя вчера доложился. Фортуна на нашей стороне. Даждю не буде!
Катя поощрила его счастливой улыбкой, такой и предстала перед взглядом Марины Александровны, которым та осмотрела с ног до головы всю троицу.
Выглядели они забавно: Катя вырядилась в брюки-клёш, доставшиеся ей от двоюродной сестры Зойки, в отцовскую мастерку от старого, местами поеденного молью, спортивного костюма, волосы – чтоб не лезли в лицо – перехватила в два хвостика. Ещё дома заметила, что один из них всё время съезжает вниз, делая похожей на Пеппи Длинный Чулок, и вспомнила об этом только сейчас, под пристальным взглядом учительницы.
Борис, намытый и надушенный, выглядел как модель с обложки модного журнала, явился в поход в отутюженных брюках и вполне ещё приличном джемпере. Длинные, до плеч, волосы цвета спелой пшеницы переливались на солнце. Непослушная, коротко подстриженная, чёлка стояла хохолком. Смешливый по природе, он за что-то был наказан двумя центральными резцами, выросшими под углом друг к другу, и в надежде скрыть это ограничивал себя смешками. Зато давал полную свободу шикарным карим глазам, которые всегда смеялись.
Улыбка Сашки могла претендовать на звание безукоризненной, и он не имел привычки сдерживать порывы: если смеялся – до слёз, и тогда его голубые глаза бросали вызов самому небу. Давно не стриженный, сегодня он не мог дать сладу с причёской. Видимо, вымытые перед самым выходом из дома, волосы, не помещались на голове и стояли дыбом по всей её окружности. Глядя на это, Катя наконец-то поверила рассказам о том, что, вымыв голову, Сашка спит в шапке.
Класс собрался почти полностью, не хватало пары человек, и своим нетерпением Марина Александровна действительно напоминала лошадёнку, которая стояла с упряжью и торопилась отправиться в путь. Гружёный всем необходимым, ГАЗ-53, знакомый парням по урокам вождения, время от времени всхлипывал от какого-то странного звука. Водитель, не покидая кабины, иногда прислушивался к нему и нервно курил прямо в открытую дверь. Игорь, Юра и ещё несколько парней – а новенькие прибыли сюда на этом транспортном средстве – остались сидеть в кузове. Остальные, разбившись на небольшие группы, обменивались мнениями относительно предстоящего путешествия и дожидались команды.
Катя направилась к девчонкам, но Леночка Тишко выбежала ей навстречу и отвела в сторону.
– Кать, мне прям не верится! До конца думала, что она найдёт к чему прицепиться, так и пасла нас всех весь месяц!
Лена ничуть не преувеличила: весь май Марина Александровна изводила ребят придирками. Между делом твердила, что куда лучше пройтись, как не раз бывало, по местам боевой славы, ограничившись одним днём и бутербродами!
– Это точно, зато все свои хвосты подтянули. Мы, правда, опять на третьем месте по успеваемости, но из пяти классов! А это не одно и то же!
Говоря об этом, Катя наблюдала за Галей, которая заметила её и упорно делала вид, что не видит.
– Повезло нам с пацанами, скажи? И нос не задирают, как некоторые! – явно не просто так сказала Лена и, обдумав что-то, обняла Катю за шею. – До чего же я всех люблю! Ты сегодня такая классная с этими хвостиками. А Сашка так вообще обхохочешься! Так и поверишь, что в шапке спит. Но я бы с ним поменялась! И почему такая несправедливость, а?
– Та-а-к, инструктаж проведём на месте! – придав своему тонкому голосу необходимой зычности, оборвала все разговоры Марина Александровна, потом вскочила на подножку грузовика и, глядя на всех сверху вниз, прошлась по недостаткам. – Безобразие! Так я и знала! Сказано же было, не опаздывать! Не-е-ет, у нашего Степаненко, будто семеро по лавкам, – все-егда последний!
