Шутку учительницы оценил только сам Степаненко. Остальные, толкаясь локтями, бросились к машине.
– Эх! Опоздала наша Маринка родиться. Ей бы броневик, такой талант пропадает! – покосившись в сторону учительницы, пошутила Лена и, запрыгнув на колесо, ловко перемахнула через борт. Катя последовала её примеру и, оказавшись в кузове, не смогла скрыть удивления комфортностью предстоящей поездки. Лена заметила это и улыбнулась.
– Кто, интересно, такой умный – новенькие или их предки? Надо же, как всё продумано: посуда у заднего борта, а в кузове удобнее, чем дома на диване.
– Вот-вот, а главное – родители дома остались!
– Ещё б Маринку сплавить по дороге!
– Кто-нибудь знает, куда едем?
– А какая разница? Главное, едем!
Обмениваясь репликами, ребята на всякий случай сдерживали смех и разговаривали полушёпотом, но Марина Александровна, будто чувствовала, что речь идёт о ней, и, поворачиваясь всем телом, напускала на себя важности и гасила взглядом возможные очаги воспламенения беспричинной радости.
Наконец машина заскрежетала коробкой переключения скоростей и поплыла в сторону улицы. По кузову прокатился вздох облегчения, который на первом же перекрёстке перерос в удивлённый гул.
– Куда это мы? А как же дедушка Ленин?
– Ты, Ленка, ещё про оркестр спроси! – возмущённо осадил Лену Славик и добавил, уже более благодушно, – прямых путей к счастью не бывает. То-о-олько окольные!
– Нашёлся знаток! – не осталась в долгу Лена. – Скажи лучше, провидец, прямо поедем на Красноармейской или повернём?
– А хоть бы и повернём! Все пути из этого города, если кто не знает, ведут к озеру! А уж имя ему мы сами придумаем. Или слабо?
Славик ничуть не преувеличил: количество и красота озёр в окрестностях Подвилья дарила необозримый простор для фантазии. Три довольно крупных водоёма вошли даже в черту города, а сам он утопал в зелени садов и парков. Река, извиваясь змеёй, делила его пополам и без громкого имени славилась на всю округу нерестилищем самого настоящего атлантического угря, который для местных жителей был единственным доступным деликатесом.
Обычно более благоразумные, сегодня именно девочки проявляли активность, но не угадали: притормозив перед перекрёстком, машина проехала прямо и оказалась в той части города, которая считалась вотчиной второй школы. Бывать здесь Кате не доводилось, и водитель, будто учитывал это: ехал медленно, давая возможность рассмотреть деревянные коробочки домов с тихими, уютными двориками, а также хозяев, которые возились в огородах. Выпавшие накануне осадки способствовали стремительному росту сорняков. Катя видела это по своему огороду, как понимала, что утро – лучшее время для огородных работ. Кто ещё поможет маме, если не она! Солнце, большое, тёплое, как блин со сковородки, поднималось всё выше, иногда прыгало по крышам домов и, казалось, преследовало машину, пытаясь обогнать и первым достичь конечной точки путешествия.
Девчонок вдруг потянуло на песни. Мальчишки к этому времени впали в спячку и взбодрились только тогда, когда машина съехала на просёлочную дорогу, а оттуда в лес.
Это случилось практически сразу, как закончился город. Лесную дорогу давно не чистили, и ветки деревьев, а также кустарников цеплялись за борта, били по кабине, по головам. Из соображений безопасности ребята спустились вниз, на самое дно кузова, и переглядывались, как заговорщики. И такими же заговорщиками выглядели деревья, которые местами так тесно переплелись кронами, что практически не пропускали солнечный свет. Дорога петляла в зарослях. Машина продвигалась медленно, рывками, спотыкаясь на рытвинах ещё не просохших после дождей. Наконец поддала газу и спустя минуту выскочила из мрака леса на залитую солнцем поляну.
Кузов опустел раньше, чем водитель заглушил двигатель. Громкие голоса. Смех. Суета. Катя не спешила спускаться со своего пьедестала и, озираясь по сторонам, пыталась понять, каким образом рядом с городом, а весь путь до этого места занял чуть больше получаса, уцелел этот райский уголок живой природы.
– Ад пуст, все черти здесь! – Прервав участие в общем веселье, заглушившем счастливые птичьи голоса, Борис подскочил к машине и быстро забрался на колесо с тем удивлённым видом, будто ожидал увидеть в кузове кого-то, кроме своей одноклассницы. – А ты с водилой, обратно? А зря, местечко что надо, зачётное!
Пока Катя собиралась с мыслями, чтобы ответить, Борис предусмотрительно метнулся в сторону и помог Марине Александровне выйти из машины. Много ли надо женщине! Она расцвела, улыбнулась всем сразу и только потом приступила к обязанностям, но сначала вышла на середину поляны и несколько раз хлопнула в ладоши. Имея красивые руки с длинными пальцами, которые вступали в резкий резонанс со всеми остальными частями её тела, она никогда не упускала случая продемонстрировать это своим ученикам.
Кате пришлось спуститься вниз, но от услуг Бориса она наотрез отказалась.
