— Да. Всех, кроме жены — ее я убил. Неудивительно, что они хотели помучать меня в… — его голос прервался, когда он вспомнил, что сказал тот ветеринар-полуаполлит.
Пол хочет видеть его страдания…
Поскольку Рейвин не знал никакого Пола, он совершенно забыл об этом. Но теперь он понял. Пол — это Пол Хейлиг. Начальник полиции и отец двоих сыновей-даймонов.
Их обвели вокруг пальца.
— Когда ты ее убил? — спросила Сьюзан.
— Не знаю. Где-то месяца два назад.
Примерно в это время и погибла жена начальника. Сью хорошо помнила, как об этом писали в газетах. Тело в Штаты не вернули, и похорон не устраивали, но по ней отслужили заупокойную службу.
Разумеется, если она являлась даймоном, то и хоронить было нечего. Как ни странно, это стало прекрасным прикрытием.
Господи, теперь ты думаешь, как Лео. Но ведь Лео оказался не таким психом, каким она его считала…
— Есть в ней что-то запоминающееся?
— Ага, — выдохнул он. — Сука с посредственным хуком слева.
— Да я не про это, — раздраженно бросила Сьюзан. — Что-нибудь такое, по чему ее можно опознать как жену начальника полиции.
— Слова о карточке «освобождение из тюрьмы»…
— Может, она много играла в Монополию? Кто его знает, чем даймоны убивают время. — Под его испепеляющим взглядом Сью примирительно подняла руки. — Ладно, ладно, глупая шутка. Продолжай, пожалуйста.
— …связаны с навязчивой идеей Джимми, что какая-то шишка в его отделе покрывает убийства и исчезновения. Нет, Сьюзан, это не может быть просто совпадением.
— Я, конечно, сейчас сыграю роль адвоката дьявола, но нам придется найти конкретные доказательства, прежде чем обвинять этого человека в том, что он фабрикует дела и покрывает убийства.
— Сьюзан… — укоризненно произнес он.
— Послушай, Рейвин, однажды я уже разрушила собственную жизнь из-за того, что выглядело как утка и крякало как утка, а оказалось тигром с целой армией адвокатов, которые твердо вознамерились лишить меня всего. Доказательства были налицо — совершенно конкретные и однозначные — и я ухватилась за них. А одним прекрасным утром они взяли и превратились в «неудачное стечение обстоятельств», и всё это обернулось против меня. Я не хочу еще раз наступить на те же грабли. — Девушка подняла руку и показала Рейвину еще заметные шрамы. — Я действительно не хочу пережить это снова.
У Рейва внутри все сжалось, когда он увидел шрамы на запястье — там, где она пыталась вскрыть вены.
— Сьюзан…
— Не надо меня жалеть, ладно? Я знаю, это было глупо. Но я оказалась совершенно одна. Всё, во что я поверила, обрушилось на мою голову, и мне пришлось выдерживать один иск за другим, пока скандал не утих, а я не осталась без дома, без друзей и без надежды. Я каждое утро соскребала себя с постели только затем, чтобы вновь проиграть. А потом решила, что пусть я разорена, но всё еще жива, и что моя жизнь, какой бы она ни была, это моя жизнь, и я не позволю им отобрать ее у меня. Мне было трудно и горько, но я смогла пройти через это, и последнее, чего я хочу — обвинить честного, удостоенного многих наград служащего и заново пережить весь тот кошмар. Понимаешь?
От боли в голосе Сью и муки в ее глазах Рейвин почувствовал комок в горле. Он поцеловал запястье и, не выпуская его из рук, пристально посмотрел на девушку:
— Тебе не придется переживать все заново, Сьюзан. Обещаю.
— Не давай опрометчивых обещаний.
— Это я смогу выполнить. А если не сдержу слово, то сам за всё отвечу. Но, если мы не ошибаемся…
— …то Джимми отмщен.
Каэль уже почти подошел к черному входу клуба «Удачная охота», как раздался звонок мобильного. Он вытащил аппарат из чехла на ремне и увидел, что звонит Амаранда. Каэль раскрыл телефон и поднес к уху:
— Да, любимая?
— Не приходи домой.
— Что? — переспросил он, не уверенный, что правильно расслышал, — ее голос заглушала громкая музыка — и потянулся к ручке двери.
— Домой. Не. Приходи, — повторила она чуть громче.
— Ты что, шутишь? — сердито спросил мужчина. Амаранда никогда бы не запретила ему возвращаться домой. — Если это ты, Страйкер, пошел к черту!
Он раздраженно захлопнул телефон и распахнул дверь.
В клубе было, как всегда, шумно — студенты колледжа отрывались на танцплощадке и жадно глотали виски за столиками, стоявшими по ее периметру. Проходя мимо, Каэль кивнул кузине Амаранды, обслуживавшей их.
Казалось, все было как обычно.
Каэль закрыл глаза и мысленно обыскал здание на предмет присутствия даймонов, но ничего не обнаружил. Желая проверить еще раз, — может быть, он просто нервничает из-за недавнего сражения, — он достал телефон и запустил установленную на нем программу отслеживания даймонов.
И снова ничего.
Круто. Никто не нуждался в его внимании… кроме жены.
Каэль снял свою тонкую куртку, перекинул ее через плечо и стал спускаться по лестнице на цокольный этаж. Предвкушая драгоценные минуты наедине с Амарандой, подходя к комнате он начал насвистывать.
Открыл дверь и тут же умолк.
Свист оборвался на середине. У него в комнате была Кэрри — связанная и с кляпом во рту. Глаза девушки расширились от ужаса, и она взглядом умоляла его освободить ее.
