Как объяснить себе, что на фотографии, стоящей на каминной полке в чужом доме – ты? И кто этот жестокий, но чертовски красивый мужчина, с которым я была когда–то помолвлена? Он винит меня в том, что с моим исчезновением его жизнь пошла под откос. Только вот, я почти уверена, что я не та за кого меня принимают. И отвечать мне за чужие грехи. Да еще и этот привлекательный мерзавец решил, что я срочно должна родить ему ребенка. Но вот зачем - не объяснил.
Глава 1
Нет. Я возьму этот гребаный «Шеридан». Потому что должен же быть и в моей жизни хоть какой - то праздник? Ну и что, что на мне сейчас супер – винтажный китайский пуховик ядовито лилового цвета с надписью «Пхукет» на кармане, оторванный мною в секонд – хенде. Что я посчитала кстати большой удачей. Куртейка обошлась мне в смешных пятьсот рублей. А этот вонючий ликер, лежащий сейчас в магазинной коляске и переливающийся бутылочным стеклом в куче банок с дешевыми ананасам, которые я сграбастала с полки, где продают неликвид, и коробочкой с маргарином, стоит столько, что мне наверное придется продать почку, чтобы, как-то дожить до конца месяца. Да уж. Зашибись начинаются новогодние праздники.
- Рай, да успокойся ты,- дернула меня за карман, с вышитой разноцветной пальмой, Ольга. – Ну подумаешь, в этот раз не дали тебе премию. Через год получишь. Ты ж работаешь в фирме без году неделя.
Да, это точно, мне не хватило точно недели, чтобы получить премию, по итогам года. Я отработала в фирме по продаже и изготовлению мебели одиннадцать месяцев и двадцать три дня, а значит недостойна вознаграждения. Так решил шеф, чтоб он подавился своей мармеладной улыбочкой, сволочь. А еще, меня сегодня бросил Баран Сема. Его так все зовут, уж не знаю почему, а он не объясняет. Раньше думала из-за упрямства, а сегодня поняла. «Мы с тобой разные»- насупившись произнес женишок, нагнув лобастую башку, так словно собрался меня боднуть. Короче, замечательное завершение очередного вонючего года моего прибывания на этой бренной земле. И ведь нашел время. Как подгадал, паразит.
- Детка, да плюнь. Проживем как-нибудь. Только пойло это вынь, не по карману оно нам. Это вон для красавчика того удовольствие,- показала глазами Ольга на нервно говорящего по телефону мужчину, от которого буквально веяло самоуверенностью и огромными деньгами. Ну конечно, ей то чего. Она может себе позволить пялиться на мужиков. Ольгусе то выписали туеву хучу денег. А мне надо думать, как не протянуть ноги и при этом еще мать с сестрой прокормить. Придется наверное влезать в долги, а я этого очень не люблю.
- Не выложу,- упрямо буркнула я, толкнув тележку между магазинных полок. Надо сказать, что при мысли о шоколадно – сливочном удовольствии, выглядящем в моей корзине, как принцесса в клошарском гетто, меня и саму прихватывала горькая изжога жадности. Но увидев каким взглядом проследил за мной толстый охранник, я закусилась и решила, что все пропью, но флот не опозорю. Столько презрения было в маленьких поросячьих глазках секьюрити, мама дорогая. Я твердой рукой толкнула идиотскую тележку среди рядов полок, заполненных деликатесами.
- Какого черта ты вообще меня сюда притащила? - прошипела я сквозь зубы, мечтая оттаскать Ольгу за жидкие волосенки,- магазин дорогой. Даже долбанные ананасы с пятидесятипроцентной скидкой, стоят, как алмазные копи в пустыне Небраска. А, ну да, ты ж у нас теперь богатая.
От злости я чуть сильнее толкнула тележку, не заметив красавчика, который появился, как из - под земли, держа в руке хрустальный штоф. Блин, да мой «Шеридан» пойло для нищих в сравнении с приобретением этого сноба.
-Смотри куда прешь, — грубо рыкнул он, окинув меня взглядом таких синих глаз, что я аж забыла все слова, которыми готовилась ответить на грубость. Сжалась вся в своем «попсовом» пуховичке, молясь господу богу о том, чтобы не свалиться к лаковым ботинкам этого мачо спелой грушей. - Лиза? Твою мать, Лиза? Какого хрена? Ты же ... Это же невозможно. О, боже, и во что ты вырядилась? Выглядишь, как дешевая шлюха с вокзала.
- Вы ошиблись,- спокойно сказала я, глядя как Ольга сжимает в руке пакет с апельсинами. Явно собралась отбивать меня ими от сумасшедшего. Ну а чего, и такое бывает. Богатые то тоже плачут, как известно. И крышу у них сносит достаточно часто. Не редкое явление. Распущенность, вседозволенность, наркотики, и вот вам. Обложка загляденье, все как я люблю: брюнет синими глазами и охрененным телом, которое даже пальто не скрывает. А изнутри гниль так и прет. – Меня зовут Рая. Раиса Райская. И мне пора.
- Стой, сука! В этот раз так просто ты не сольешься. Я думал ты сдохла, гадина. Но ты такая тупая, что даже не стала скрываться, чтобы поддерживать мою уверенность в этом,- прорычал сумасшедший, схватив меня за локоть.- Думаешь, я так просто поведусь снова на твои идиотские отмазки? Ты моя. Мне принадлежишь. Сейчас поедешь домой. Со мной.
