— Но если вы действительно так считаете, то не лучше ли вам измениться? — Перебил размышления демона старик. — Любовь означает самопожертвование, некий компромисс. Ничто не стоит внутренних перемен в человеке больше, чем любовь. Во имя любви к нам Христос когда-то перенес невыносимые муки, а потом простил нас.
Слова старика напомнили то, о чем говорил Пабло. Но если до недавнего случая, Даниил надеялся, что сможет найти грань, на которой сможет удерживать возможный с Аней союз. То теперь, после того, как она сбежала от него из-за страха, что он внушал, демон понимал, что такой грани нет. И быть не может.
— Но не может быть компромисса между хищником и травоядным. Я пытался, но это невозможно.
— Нет ничего невозможного, Даниил, уж поверьте моим годам и опыту. Значит надо пытаться вновь и вновь, если оно стоит того. Сдавшись, мы обрекаем себя на вечную трусость и самогрызение. Вы сами себе никогда этого не простите.
Демон усмехнулся. Если бы только Ромео знал, сколько предков из его родового дерева жили на веку Даниила, и сколько потомков старика он переживет.
— Признайтесь честно, сам себе. Может, вы еще не пытались в полную силу?
Даниил опустил голову. Его единственная попытка обернулась тем, что теперь она боится его настолько, что рискнула попасться в руки Ревье. И каждая попытка может привести к гибели Ани, если он останется демоном. Если станет человеком, то родится снова. Но будет ли он помнить о той, что заставила демона вернуться к Свету? А если он обратит ее в вервольфа, то обречет на жизнь, подобную своей. И будет ли она помнить о нем?
— А зачем в таком случае вам дано было это чувство? — Продолжал размышлять старик, пожимая плечами. — Мы не можем избежать то, что уже случилось. Данность — она свершившийся факт, нужно только решить, как быть с этой данностью.
— У вас все так легко. — Горько усмехнулся демон. — Вы не понимаете всей глубины этой разницы между нами. Мы не можем быть вместе, это противоестественно.
— Вот тут вы не правы, молодой человек. — Горячо возразил Ромео. — Уж поверьте мне, Ромео от Бога. Я знаю, что говорю. Любовь не может быть противоестественна, если она настоящая. Если вы любите свою Анну, а не просто испытываете к ней банальное физическое влечение, то вы найдете выход из положения. Выход всегда есть.
— Хотел бы я быть столь же уверен.
Старик выдохнул. Он крутил в пальцах трость.
— Я не достаточный авторитет для вас, Даниил?
Демон улыбнулся. Старик верно подметил. Человек не может знать больше, чем демон. Человек не может жить дольше, чем демон. Человек не может быть авторитетом для демона.
— А, если я скажу, что я не совсем человек? Как ты себя дальше поведешь, демон Даниил?
Лицо пожилого Ромео разгладилось, волосы приобрели каштановый цвет и отросли до плеч, глаза стали яркими, молодыми. Самая, пожалуй, известная улыбка на планете была обращена к демону. Даниил вскочил с лавки, собираясь испариться прямо на месте. Но Ииссус, продолжая улыбаться, остановил его.
— Я не хотел пугать тебя. И сядь, ради Бога, у меня шея болит смотреть на тебя снизу вверх. Вчерашняя игра в баскетбол. — Поморщился сын Божий.
Демон послушно сел. В голове крутился только один вопрос, но задать его, он не смел. Оторопевший от столь неожиданной встречи, о которой он сам просил, Даниил смотрел в лицо сына Божьего без рези в глазах и хруста в костях. Среди демонов поговаривали, что подобные встречи заканчиваются плохо. Демон просто сгорает в свете Христа. Но Даниил надеялся на то, что в виду его исключительной ситуации, Иисус явился в мир по другим причинам.
— Я буду говорить просто, не используя высоких выражений. Боюсь, что ты меня не поймешь. Даже если бы я спустился к тебе на облаке, ты не стал бы от этого более вменяемым, если даже не менее. — Он говорил тихим голосом, не напрягаясь. Голос его был приятным на слух. — Я пришел, потому что ты сам просил. Да, и подобные прецеденты с влюбленностью демонов случаются столь редко, что не проходят нами незамеченными.
— Ты один? — Даниил уже и забыл, как это, чувствовать себя крайне глупо и нелепо. Но именно таким он себя сейчас ощущал.
Сын Божий рассмеялся. От его смеха по листьям деревьев прокатились солнечные лучи, звоном ударились о землю и улеглись на траве.
— Ты же не думаешь, что мне нужна охрана?
— Я лучше промолчу. Иначе сморожу очередную глупость.
И как можно было ненавидеть его? Как можно было идти против его воли? Строить планы по его свержению с Небес? Даниил подумал, что даже самые изощренные хитрости по захвату планеты не пройдут, если на стороне человечества стоит такой защитник.
— Мне нравится стратегический ход твоих мыслей, Даниил, но я пришел не за этим. — Прервал Иисус размышления демона. — Я слышал, ты хочешь стать человеком, хочешь вернуть свою Душу.
— Но это невозможно. Невозможно стать опять человеком и остаться с Аней.
Иисус с сожалением кивнул. Теперь к пруду слетелась целая стая уток, к ним присоединились лебеди, на ветках пели другие птицы.
