Защищённые прочными кольчугами и увенчанные шлемами из тёмной стали с изображением лунного символа богини, крылатые демоны обрушились на своих противников с неба. Их длинные копья безжалостно пронзали защитников стен и сбрасывали их вниз с высоты двадцати аршин. В воздухе то тут, то там вспыхивали всполохи магического пламени, а мощные порывы ветра разметали плотный строй элладрионцев на улицах за стеной, сея хаос и разрушение среди отчаянно обороняющихся элле.
Новый залп инфернальных орудий расколол воздух, и на этот раз разрушения оказались куда более масштабными. Древние стены с грохотом обрушились в трёх местах, а точный удар по крепким воротам превратил их в облако щепок и обломков. Синее пламя, порождённое магическими снарядами, охватило защитников, оказавшихся поблизости: они корчились во всепожирающем огне, издавая предсмертные вопли.
Пока перепуганные, но ещё не до конца сломленные элладрионцы пытались прийти в себя после сокрушительного удара, милис и гоплиты не теряли времени зря. Они устремились вперёд, тесня поредевшие ряды защитников и заставляя их отступать вглубь города. Магическое пламя всё ещё лизало края разрушенных стен, а в воздухе висела густая пыль от рухнувших камней — город оказался на грани падения.
И в этот момент пронзительный звук горна разрезал воздух, а вслед за ним загремели грозные военные барабаны. К бреши в стене стройным клином устремились катафракты — элитные конные подразделения войска Тьмы, которых на материке Нейтрис часто называли демонами-рыцарями. Закованные в прочную броню, с опущенными забралами шлемов, вооружённые острыми копьями, тяжёлыми мечами и надёжными щитами, они, как и гоплиты, обладали крыльями, но традиционно атаковали верхом на отборных вороных демонических конях — тенегривах.
Когда катафракты шли в атаку, земля дрожала под копытами тенегривов, а их пронзительное ржание, казалось, раскалывало небеса. Грозные животные, создания богини Тьмы, несли своих всадников к цели с неукротимой яростью. Их глаза пылали алым пламенем, а из ноздрей валил густой дым.
В состав катафрактов входили избранные гранд-демоны с изумрудными камнями душ, неоднократно отличившиеся в прошлых военных кампаниях. В отличие от элле, чей социальный статус почти всегда определялся принадлежностью к роду, демоны не имели возможности размножаться естественным путём, поэтому возвышались в иерархии исключительно благодаря личным заслугам. И хотя в легионе Тьмы насчитывалось всего около пятисот катафрактов, этого вполне хватало, чтобы прорвать даже наиболее стойкую линию обороны и вселять ужас в сердца всех врагов Деворы Асура Анимас.
Едва рыцари Тьмы прорвались за стены, как судьба великого града Элладриона была предрешена. Вскоре в небо поднялся густой дым от многочисленных пожарищ — демоны методично поджигали здания, распространяя хаос и разрушение. С улиц доносились победные кличи воинов, воспевающих славу лунной богине, и предсмертные крики элле. Звуки битвы постепенно стихали, уступая место торжествующим возгласам победителей.
* * *
Наблюдая за стремительно разворачивающейся битвой за древнюю столицу Тархи, некогда скромного королевства, а ныне раздувшейся, подобно пузырю, Южной Империи, я не мог сдержать самодовольной усмешки. Устроившись на вершине холма в полуверсте от стен города, я занял превосходную позицию. Отсюда открывался отличный вид на все манёвры войска Тьмы, при этом я оставался вне досягаемости от шальных стрел и заклинаний.
В сорока саженях впереди, прямо под моей наблюдательной позицией, расположилась инфернальная артиллерия. За ней, словно чёрные грибы, высились три шатра полевого штаба военного командования войска Тьмы.
В воздухе колыхались чёрные знамёна с серебряными лунами богини и штандарты Тринадцатого легиона, чьи огненные руны зловеще поблёскивали на фоне разрушенных стен и пылающего города.
Командующий штурмом стратиг Актарис из великого дома Ларион-Анимас грациозно вскочил в седло своего тенегрива, намереваясь отправиться в сторону павшего города. Эскорт из десятка конных катафрактов терпеливо ожидал его у дороги.
Я решил немедленно последовать за Актарисом и повернулся к двум ликторам, ожидавшим моих распоряжений. Молодой демон, чьи огненно-красные зрачки зловеще светились в вечерних сумерках, встретил мой взгляд. Лёгким кивком головы я указал в сторону густого леса, где у самой опушки на привязи стояли чёрные скакуны. Ликтор, верно истолковав мой безмолвный приказ, решительно направился к тенегривам.
В этот момент из глубины леса донеслись резкие характерные щелчки — в следующий миг воздух прорезал пронзительный свист арбалетных болтов. Три из них впились в ликтора, направлявшегося к скакунам: один попал в его левое плечо, второй — в грудь, а третий вонзился прямо в голову, со звоном пробив шлем. Ещё один болт поразил моего второго прислужника, угодив ему прямо в правый глаз. Чёрная, вязкая, словно смола, демоническая кровь брызнула на траву.
