– А, ладно. Была-не была! – и девушка, откинув справочник, потянулась за таинственной книгой, интригующим темно-фиолетовым прямоугольником лежащей на полу. Подтянув фолиант ближе к себе, Леля провела рукой по бархатной обложке, заметив, как блеснули буквы названия, и, выдохнув, открыла книгу. Та самая гравюра никуда не делась. Только теперь она заиграла очень яркими красками и, казалось, что она только что вышла из-под кисти художника-оформителя. Полюбовавшись еще некоторое время на картину, от которой, несмотря на воинственные позы мужчин, веяло не враждебностью, а каким-то спокойствием и защитой, Леля перевернула лист. Сразу же на следующей странице начинался текст, написанный вполне понятными буквами: «На исходе третьего тысячелетия в этом мире для нас началась новая эпоха. Новый мир, принявший нас, был полностью погружен в войны и предрассудки, но принял Изначальную Тьму благосклонно, потому что понимал, что Тьма несла в себе перемены, которых он так дожидался, наблюдая за тем, как его дети перестали развиваться, предпочитая жить сегодняшним днем и не думать о будущем новых поколений. И он просто устал быть один. А когда пришла Она, то привела с собой своих детей и подданных. Они очень сильно отличались от детей этого мира и были гораздо сильнее. Много предрассудков пережили и много страшных проклятий приняли Ее дети на себя, но оставались всегда верными себе и Ей. Она всегда была для нас не страшной и непонятной силой, которая может убить, растоптать, лишить сущности, а любимой матерью, защищающей своих детей до конца. С самых первых дней в новом мире, род Баррейн стоял выше всех Ее детей, поскольку мы были вправе считать себя ее первенцем и самым любимым детищем. И остальные дети понимали и принимали нашу силу и никогда в истории нашего нового мира не пытались оспаривать это первенство. Эта книга для тебя, наследник первого рода, станет путеводителем в новом мире и кладезем знаний о могуществе нашего рода и силе, дарованной Тьмой Изначальной». Прочитав вступление, Леля задумалась о том, правильно ли она поняла эти строки. Если в книге рассказывается о некоем переселении каких-то людей из другого мира или с планеты, или все же не людей, тогда непонятно, про какой мир идет рассказ. Что касается истории Риа, которую им преподавали в ОМУМ и о которой рассказывали ей друзья, то в ней никогда не упоминалось о каком-то роде Баррейн, который должен был быть весьма известным. Но ладно, она могла и не знать всех представителей знати только по учебникам. Но она никогда не слышала, чтобы в Риа жили демоны. Оборотни, эльфы и гномы – да. Люди, опять же. Но демоны? Тогда что же получается?
– Это не Риа!! – воскликнула девушка, осененная догадкой. – Да как же я раньше не догадалась, что нахожусь совсем в другом мире. Ведь столько было знаков и указаний, а я почему-то думала, что нахожусь в том же мире, только в другом месте. Но тогда получается, что мой побег вообще будет абсолютно абсурдной идеей!
Леля, осознав размер неприятностей, расстроилась окончательно. Так хоть какая-то была надежда на то, что если получится, то она сбежит и найдет дорогу домой. А теперь выходит, что, даже сбежав, она окажется в совсем незнакомом мире, из которого еще неизвестно, можно ли как-то выбраться обратно в мир Риа. Лежа на кровати, Леля обдумывала открывшиеся факты, пытаясь понять, что ей делать дальше. Погрузившись в тяжелые раздумья, она не сразу услышала звук отпираемой двери. Когда на пороге показался управляющий, она уставилась на него с неприязнью.
– Ну?.. – процедила она сквозь зубы.
– Леди, Хозяин просил передать, чтобы через час вы спустились в столовую. Он приглашает вас на ужин.
***
Кристиан с Рином «ржали» над ней, уже не останавливаясь.
– Ну, миленькая, ну, хорошая моя. Можно, я сяду на тебя, – Лиля таким манером упрашивала смирную гнедую лошадь уже минут десять, пытаясь одновременно забраться в седло. Но лошадь только фыркала и мягко переступала ногами, каждый раз отодвигаясь от незадачливой наездницы.
– Когда ты говорила, что давно не ездила на лошади, я подумал, что ты немного преувеличиваешь, – Дамиан подошел неслышно и, встав рядом, задумчиво наблюдал за попытками Лили забраться на средство передвижения. Но по крайне мере он не смеялся над ней, в отличие от Рина с Крисом. – Давай помогу.
И мужчина, обхватив Лилю за талию, легко приподнял ее, чтобы она могла перекинуть ногу через седло. С помощью Дамиана у Лили получилось разместиться в седле, но, оказавшись на лошади, она поняла, что самое страшное ее ждет впереди. Седло оказалось жестким и неудобным, а земля – далекой и, несомненно, весьма твердой. Она представляла, что стоит ей только двинуться с места, то она сразу же свалится, как куль с мукой, не сумев удержаться в седле. Поэтому, несмотря на все насмешки парней, она все еще сидела, боясь даже чуть-чуть пошевелиться.
– Лиля, возьми поводья крепче и чуть-чуть ногами сожми бока лошади, – услышала она голос Дамиана, который подъехал ближе и приветливо смотрел на нее, успокаивая.
