Пока Леля и ее новый собеседник выясняли странную природу магии и ее влияние на неживые организмы, хозяин замка и темницы, или Балахон, как его называла Леля, нервно ходил в своем кабинете, изредка поглядывая на большое мутное зеркало в красивой черной рамке, стоящее прямо на полу кабинета. Спустя какое-то время, поверхность зеркала покрылась рябью, а затем почернела, и из глубины зеркала раздался ледяной голос, от которого хотелось спрятаться куда-нибудь подальше, но только не находиться рядом:
– Зачем вызывал?
– Господин, – почтительно склонив голову, отозвался Балахон, – возникли непредвиденные затруднения.
– Какие? – собеседник из зеркала словно не был удивлен, а просто ждал ответа.
– Наш союзник решил действовать по-своему и забрал девушку к себе.
– Для тебя проблема – найти ее?
– Да, – Балахон помялся некоторое время. – Герцог – сильный маг, он защитил свое убежище, так что я не могу их обнаружить. Хотя потратил на это уже практически день и ночь. Я и к вам не хотел обращаться, но, как видите, пришлось.
– Плохо, советник, – голос, казалось, заледенел еще больше. – Почему союзник решил нас предать?
– Думаю, что у него чувства к девушке, – раздраженно буркнул Балахон, со страхом ожидая реакции своего странного собеседника.
– Любовь? – усмехнулся голос. – Опять это глупое чувство мешает моим планам. И почему вы, смертные, так падки на эмоции и чувства?
– Я – нет, господин, – поспешил доложить о своей правильной позиции Балахон. – Но вот Клайтон оказался не так стоек.
– Ты уверен, что дело именно в этом, а не в том, что он хочет воспользоваться даром девушки для себя?
– Ну, одно другому не мешает, – пожал плечами хозяин замка.
– Я помогу тебе отыскать девушку, – сделав небольшую паузу, ответил голос из зеркала. – Но тебе придется покормить меня.
– Я вас понял, господин, – чуть склонившись, ответил Балахон. – У меня как раз в темнице есть одна вполне подходящая особа с магическим даром. Все равно она теперь стала ненужной обузой.
– Хорошо, – чуть шипя, отозвался собеседник из зеркала. – Надеюсь, что после того как ты найдешь девушку, ты все сделаешь для того, чтобы нужный объект был готов принять мою сущность. Мне не терпится оказаться в этом мире и навестить свою дорогую сестру.
– Конечно, господин, – выдохнул Балахон, склоняясь еще ниже. И в это время из зеркала вылетел тонкий черный луч, который устремился к голове человека, заставив его скорчиться от боли на полу кабинета перед погасшим зеркалом.
***
Во сне Лиля снова спала в ставшем ей уже практически родным пустом замке, как вдруг, внезапно проснувшись, осознала, что находится в смутно знакомом тихо шумящем лесу. Вздохнув, она снова пошла по той самой тропинке, по которой шла тогда. Выйдя на поляну с огромным деревом с выступающими гигантскими корнями, девушка огляделась, ожидая, когда появится Ева. В том, что девочка появится вскоре, Лиля не сомневалась. Только не знала, зачем она снова понадобилась погибшей богине Риа? Да и погибшей ли, в самом деле?
– Конечно, погибшей, – довольно громко проговорила Ева, появляясь на поляне. – Привет!
– Привет, Ева, – поздоровалась Лиля, внимательно глядя на девочку, стоявшую рядом с ней. – Или тебя лучше называть Сальвея?
– Как тебе удобно будет, так и называй, – звонко рассмеялась Ева. – Хотя мне имя, данное тобой, очень нравится.
– Ты пришла поговорить? – спросила Лиля, смотря на богиню. – Я думала, что боги одного мира не могут пройти в другой.
– С чего ты решила, что мы боги одного мира? – лукаво улыбаясь, спросила Ева.
– Ну, как-то подумала, что в каждом мире свои боги, – пожав плечами, ответила Лиля девочке, которая села прямо на траву на поляне и теперь играла с цветами.
– В принципе ты права… – задумчиво ответила богиня. – В каждом мире свои основные боги, но это не значит, что другие не могут появиться здесь. Влиять, конечно, мы не имеем особого права на не вверенный нам мир, но попытаться можем. Через марионеток, например.
– Через марионеток? – удивленно переспросила Лиля. – Неужели бог может использовать какого-то человека и через него появиться в каком-то из миров?
– Может… – протянула Ева, неожиданно резко подняв на девушку глаза. – Особенно, если этот человек уникален или может играючи справляться с большими потоками магии. Тогда бог может, если пожелает, не только отдавать распоряжения своим слугам, но и воплотиться в ком-нибудь из них.
– Зачем ты мне это рассказываешь? – шепотом спросила Лиля, чувствуя непонятный страх из-за слов странной богини-девочки.
– Да, ты знаешь, я вообще-то поболтать решила с тобой, – Ева вдруг весело заулыбалась, снова став взбалмошной девчонкой. – Так, о том о сем. Ты, кстати, про свое желание помнишь? Ничего еще не придумала?
– Пока нет, – отрицательно покачала головой Лиля. – А ты можешь сказать, а то я не понимаю: ты живая или все же умерла, как написано в легендах Риа?
– А сама как думаешь? – склонив голову набок и лукаво улыбаясь, спросила Ева.
– Думаю, что живая… – задумчиво ответила Лиля. – Сомневаюсь, что богиня может умереть вот так просто.
