Темная земля полностью

– Мистер Мойр-Фаркхарсон ждет вас.

Эркарт слегка склонил голову в поклоне.

– Благодарю вас, миссис Джеффрис. Встреча с вами всегда приятна.

Они вошли в огромную комнату, посредине которой стоял длинный дубовый стол; два окна выходили на Золотую площадь, напоминающую парковку; снаружи все казалось тусклым и размягченным под бледно-серым небом.

Рубен был уже здесь. Он стоял у стола, держа в руках чашку чаю. Даже в дорогом костюме он выглядел тушей. Китайская чашка из тонкого фарфора была почти не видна в руке. Покрытое шрамами лицо повернулось, взгляд прошелся по Логану.

Во главе стола сидел щеголеватый мужчина, темный костюм на нем был явно дороже костюма Рубена. Седые виски. Он казался благородным. Единственной неисправностью в его внешности был искривленный нос.

Мойр-Фаркхарсон глянул на часы, затем изобразил на лице почти незаметную улыбку:

– Итак, мы можем начинать.

Единственным посторонним человеком в комнате была усохшая женщина с волосами розового оттенка и руками, распухшими от артрита. Кожа на ее лице выглядела, как сморщенная замша, из глубоких складок выглядывали глаза, блестевшие, как полированный оникс.

Сунув руку в кожаный портфель, Мойр-Фаркхарсон извлек из него кожаную папку. Открыл он ее с таким видом, будто это была гробница Тутанхамона. И начал читать:

– Я, Хамиш Александр Селкирк Мауат, находясь в здравом уме и твердой памяти, настоящим заявляю, что это моя последняя воля…

– Распишитесь здесь и здесь… – Мойр-Фаркхарсон ткнул пальцем, и Логан накарябал свою неразборчивую подпись в указанных местах. – И еще здесь, пожалуйста.

За окнами потемневшее небо приобрело цвет обгоревшего тела. Толстые белые хлопья равнодушно сыпались на припаркованные автомобили.

Нотариус взял документы и подул, как если бы подписи были сделаны пером, а не шариковой ручкой. Затем встал.

– Благодарю каждого за проявленное терпение. Извините, господа, я вынужден вас оставить – дела.

Старая дама закивала:

– Хамиш был хорошим человеком, что еще можно сказать.

Рубен последние полчаса не подавал никаких признаков жизни, кроме сжатия мышц челюсти.

Она вздохнула:

– И очень щедрый. Триста тысяч фунтов, и это только за уборку дома. – По морщинистой коже побежала слеза, и дама приложила к глазам старомодный накрахмаленный носовой платок. Затем махнула рукой Эркарту. – Вы поможете мне подняться?

– Ну конечно, конечно. Обопритесь на меня.

Эркарт заботливо повел даму к выходу.

Едва за ними закрылась дверь, как Рубен, оскалив в ухмылке зубы, произнес:

– Две трети миллиона.

Логан пристально смотрел на потолок – лепнина и довольно скромная для такого кабинета люстра.

– Я тут ни при чем: так пожелал Хамиш.

– Навостри уши, Макрей, и слушай: ты еще облажаешься с этим завещанием. Короче, если ты станешь препятствием или задержишь кого-нибудь, то я вырежу…

– Хватит, Рубен, давай отложим этот разговор.

– Кем ты, черт возьми, себя возомнил?!

– Да ни кем. – Рука Логана, опущенная в карман, нащупала пистолет. – Ты думаешь, для меня это легко? Я офицер полиции. А эти деньги, они от преступной деятельности. К то-муже Хамиш пожелал, чтобы я поделил неслабую сумму между гангстерами. И как это будет выглядеть? Нет… – Он покачал головой. – Самое разумное – передать все деньги Национальному агентству по борьбе с преступностью, и пусть они разбираются с этим.

Ответом на его слова был громоподобный удар кулаком по столу.

– Не волнуйся: я этого не сделаю. Я обещал Хамишу… – На этот раз Логан не стал смотреть в потолок, а взглянул в горящие ненавистью глаза Рубена. – Давай сменим тему. Нам надо поговорить о Стиве Фаулере.

Большой толстый палец едва не ткнул в него.

– Сделай так, чтобы этого ублюдка выпустили под залог. Мне надо до него добраться.

– Это невозможно. Там, где его взяли, было слишком много полицейского начальства. И им известно, в чем он сознался. Все эти «приглашенные лица» только и ждут, чтобы записать себе дело в актив. Так что Стив останется там, где находится сейчас.

– Когда я говорю, что хочу, чтобы его выпустили, – я хочу, чтобы его выпустили!

– А я говорю, что он не выйдет. – Рука сжала рукоятку. – Если он тебе нужен, можешь наведаться в тюрьму.

– Ох. – Эркарт снова появился в кабинете. – Миссис Пирсон, ну как она вам? Что за женщина! – Взяв со стола шоколадный мини-ролл, он целиком засунул его в рот и принялся жевать. – Убирала дом, а? Никогда не слышал, чтобы это так называлось.

Обеими руками Рубен уперся в столешницу.

– Это еще не все. Где, черт возьми, мои наркотики?!

– Твои наркотики? В настоящий момент они являются уликой, так что можешь записать их в убыток.

– Я хочу получить назад свои чертовы наркотики! – Наверное, этот вопль был слышен на улице.

Взгляд Эркарта стал тревожным.