Его правый указательный палец выпрямился и указал на меня. Он не отрывал от меня взгляда. Голос его стал очень спокойным. «Вот почему мы победим, а ты проиграешь. Ты сейчас весь в своих мыслях, хочешь жить, хочешь, чтобы твой ребёнок жил превыше всего, и это делает тебя слабым. Потому что ты не понимаешь, что лежит за пределами этого мира».
Он был прав относительно жизни, но неправ относительно победы.
Он поднялся на ноги. «Я не буду вас больше задерживать».
Он повернулся и ушел, не сказав больше ни слова, оставив меня смотреть на его спину, а затем на конверт на столе.
Я откинул клапан. Там лежал снимок головы и плеч Келли, сделанный Polaroid, в футболке Old Navy, с прилипшими к лицу волосами от засохших слёз. Я едва мог разглядеть её покрасневшие и опухшие глаза. Голова её покоилась на телевизоре, по которому шёл канал BBC 24. Вдоль верхней полки шкафа выстроились в ряд несколько религиозных украшений из стекла и латуни.
На шкале времени в углу экрана было 8:47 и сегодняшняя дата. Я смотрел эту передачу как раз в то время, когда была сделана её фотография. Я перевернул её. На ней от руки, фломастером, был написан номер его мобильного и адрес: квартира 27, Бергманнштрассе, 22.
50
Я сидела, где сидела, потягивая кофе, пока парни пили его с удовольствием, а девушки смеялись и шутили. Мысли путались. Откуда он узнал, где Келли? Грей и Нэйви, должно быть, проследили за нами до конспиративной квартиры, а затем выследили меня, Джимми и Кармен до бунгало.
Бессмысленно было спешить или впадать в истерику. Первое, что нужно сделать в таких ситуациях, — это признать, что ты в дерьме. Остановись, сделай глубокий вдох, приведи себя в порядок, а потом реши, что делать. Размахивание руками не помогло бы мне разобраться с этим кошмаром, так что и ей тоже. Я сделал глоток пива, намеренно замедляя шаг.
Неужели всё ещё нужно было делать это без помощи Йес-мэна, теперь, когда в Призрачном мире, казалось, всё было в порядке? Мои ноги перестали трястись. Теперь у меня не было сил тратить силы: моей голове нужно было впитать всё, что она могла.
К чёрту переживать, сможет ли этот «Да-мэн» помочь. Конечно, мог, но я не собирался его просить и рисковать провалом, ведь он пожертвовал Келли, чтобы заполучить DW и источник.
Мне нужно было сосредоточиться на том, что делать дальше, но я не мог. Я снова посмотрел на «Полароид». Хуже всего было то, что я не понимал, что с ней происходит. Я представлял, как она напугана, голодна, хочет пить, может быть, связана после того, как сделали снимок, и брошена где-то в тёмном и заброшенном месте. Странная, тупая боль вернулась в центр груди. Пока подростки обсуждали, куда пойти сегодня вечером в клуб, я погладил её испуганное лицо кончиком большого пальца.
Я хотел сделать ещё один глоток, но понял, что чашка пуста. Я убрал фотографию и достал с другого конца стола фотографии источника. У меня не было выбора: доставить бутылки было моим единственным шансом связаться с Келли. Лучший способ помочь ей — это добраться туда и сделать то, что от меня требуется, а потом уже думать, что, чёрт возьми, делать дальше.
Я поставила чашку обратно на стол. Всё, что я знала наверняка, — это то, что у меня есть адрес в Берлине, вещи, которые нужно забрать, и номер мобильного, по которому нужно позвонить, когда вернусь. Ладно, я могу это сделать. Я могу привезти DW в страну. Настоящие проблемы возникнут, когда я попытаюсь поднять Келли и убедиться, что вся эта чушь не будет выплеснута на метро. Если я облажаюсь, мы оба будем мертвы.
Я откинулся на сиденье, совершенно разбитый. Когда вернусь из Берлина, мне понадобится кто-то, кто меня поддержит. Я буду соображать на ходу, а четверо лучше, чем двое. Единственной моей надеждой была Сьюзи. Была большая вероятность, что она откажется, возможно, даже сразу пойдёт к «да-мэну». По крайней мере, это было легко. При первом же признаке колебаний она проведёт какое-то время запертой в багажнике «Вектры».
Если бы я ее нашел, то да.
В кафе вошло ещё больше людей, и паровая машина заработала на полную мощность. Мне стало немного легче, когда появился хоть какой-то план. Что-то пошло не так. «Вектра» не была заперта. Сидя за рулём, я пытался вспомнить всё, что она говорила о своём месте жительства, и Блууотер был очевидным местом начала. Я выскочил из машины и пошёл к телефонной будке. Справочная дала мне номер, и вскоре я уже разговаривал со справочной «Блууотер».
«Я хочу сделать серьезные покупки, но не знаю, где вы находитесь».
Девушка быстро оправилась от изумления и переключилась на автовафлю. «Что ж, сэр, добираться до Блууотера и обратно очень просто и удобно. Мы находимся в миле к востоку от трассы М25 и в миле к западу от развязки А2-М2. Указатели хорошо видны во всех направлениях».
«Так ты в Кенте?»
«Да, сэр. У нас очень широкий выбор магазинов для вашего удобства и удовольствия. Парковка...»
