Мужчина склонил голову на бок, словно, в самом деле, обдумывал вопрос.
— Выжили, — наконец последовал ответ. — Но были близки к смерти, что не так страшно.
О-о… привет, неразбериха. На чьей он стороне?
Мужчины также были в замешательстве и начали швырять проклятия в сторону Уильяма.
Воин просто пожал плечами и обратился к Кейну:
— Я люблю их и ненавижу. Они радость и боль. Я никогда не могу решить, хочу обнять их или задушить. Прямо сейчас, им надо наладить отношения, и я думаю, ты тот, кто нужен для этой работы.
Кейн отвел Жозефину к столу, где ждали блондинка и Синда.
— Белая, — сказал он, с предупреждением в голосе. Кейн нежно усадил Жозефину в кресло. — То, что я сказал твоему папочке, относится и к тебе. Не трогай ее.
— Кейн, — позвала женщина… Белая. — Кто для тебя эта девушка?
Уши Жозефины подергивались, пока она ждала его ответа.
— Это тебя не касается, — наконец ответил он, разочаровав Жозефину. — Просто держи свои руки при себе, или случится что-то страшное.
Женщина пожала плечами.
— Да не вопрос. Моя задача ты, а не она. — Она поднесла виноградину ко рту и слизала сок. — Я не позволю предполагаемой судьбе диктовать мне будущее, и если для этого надо избавиться от тебя, я полностью согласна.
Судьба… Мойры. Три женщины со случаем вечного вербального поноса. Жозефина ненавидела этих шлюх всеми фибрами своей души. Потому что, из-за них она помогла уничтожить родную мать.
И они решили, что Кейн и эта Белая личность в конечном итоге будут вместе?
Жозефина прижала свой язык к нёбу.
Ударить можно и без слов.
— Ты так добра, Белая, — наконец произнес Кейн резким тоном. Он перевел взгляд на Жозефину и застыл. Воин склонился и поставил руки на подлокотники ее кресла, пленяя ее, окружая собой. — Ты не двинешься с места. Поняла?
Девушка приподняла подбородок.
— Назови причину, чтобы я делала то, что ты скажешь? Ты со своим то горяч-то-холодно отношением, для меня ничто.
Он потерся носом об нее.
— Я в порядке, но я уважаю твое решение бороться с ним.
Она… не нашла ответа.
— Кейн, конфетка, — позвал Уильям, когда она пыталась не дрожать. Близость Кейна сводила её с ума. — Часики тикают.
Кейн остался там, где и стоял.
— Ты была права, ты знаешь. Нам надо поговорить, сгладить некоторые нюансы.
В горле появился комок и она кивнула. Жозефина даже не поняла когда попросила:
— Будь осторожен, ладно?
— Теперь, когда впереди меня кое-что ждет? — Кейн опустил взгляд на ее губы, задержался. — Определенно. — Он выпрямился, прерывая комфорт… и чувственность… контакта.
Что же ждет его впереди? Их разговор? Или, если учесть, что тот взгляд был намеком, еще один поцелуй?
Таю…
— А как же я? — спросила Синда, выгнувшись в кресле. — Что мне делать?
Кейн бросил на нее нетерпеливый взгляд.
— А ты, впервые в жизни, будешь вести себя хорошо. После драки, я мог бы сделать миру услугу, перекинуть тебя через колено и выбить из тебя недальновидность. Думаю, мы узнаем вместе.
Глаза принцессы засверкали красным, выражение лица застыло.
— Скажи такое еще раз, и я вырву тебе язык, пока ты будешь спать.
Больше не глядя на нее, Кейн потянулся и вслепую погладил ее по голове.
— Вероятно, я бы испугался, если бы ты на самом деле знала, как держать свои обещания.
В груди Синды зародилось рычание, потом вырвалось из ее рта, как рык животного, а не Феи. Жозефина и раньше слышала такой звук… прямо перед тем, как принцесса сожгла конюшню.
— Кейн! — рыкнул Уильям. — Желательно сегодня.
— Нет, подождите. — Рот Жозефины пересох, когда она подняла руку в перчатке и махнула пальцами, чтобы привлечь его внимание. — Не спеши сбрасывать меня со счетов. Я могу… ну ты знаешь.
— Нет. — Он повернулся к ней, такой непоколебимый. — Ничего такого.
— Но…
И снова он оказался возле её лица. Только в этот раз, он не был нежным.
— Не полагайся на это. Я никогда по своей воле не подвергну тебя опасности. Кроме того, я не знаю, чем это может закончиться.
Он имел в виду, их силы.
— Что бы я ни взяла, это временно. — Кроме того, мужчины могли сделать то, от чего Кейн отказался: убить ее.
Она умрет. Наконец-то. Больше никогда ей не придется иметь дело со своим отцом или королевой, либо братом или сестрой. Не будет больше порок, избиений и других наказаний. Но… но…
Осознание встряхнуло ее до самых костей. Познав блаженство от поцелуя Кейна, она только хотела большего. Чтобы в следующий раз, его руки оказались на ее обнажённой коже, прикасались к ней… повсюду. Чтобы, его голос нашептывал ей на ухо о всех тех вещах, что он собирался с ней сделать. Чтобы, его тело исполнило каждое маленькое обещание. Она хотела…
Все, что он мог дать.
— Я хочу, чтобы ты была в безопасности, — сказал Кейн. — Чего бы это ни стоило.
Таю все быстрее…
Он отстранился и повернулся к мужчинам.
— Правила всем ясны?
— Мы все поняли еще час назад. — Блондин.
— Разумеется. — Темноволосый. — Ты должен был остаться в аду. Там тебе легче было бы жить… и умереть.
Лысый кивнул.
Кейн невесело улыбнулся.
— Не могу дождаться возможности доказать вашу неправоту.
— Динь, динь, — сказал Уильям.
