Темнейший князь полностью

Люци — ненавистно-ласкательное обращение к Люциферу. Листерия. — реальность ада, названная так в честь бактерий, известная своей токсичной атмосферой и криминальными обитателями.

Красная Постель: Я в разгаре допроса солдата, которого подслушал Черный. Если он знает что-то, я это выясню. Скоро.

Красный прикрепил видео в тексту. На нем семифутовый (214 см) демон, привязанный к дыбе, рыдал. У пленника были рога слоновой кости и раздвоенный хвост. Каждая из его конечностей безвольно болталась, суставы были вывернуты. Кровь и пот стекали по серой чешуе. Глаза оказались удалены, остались только две кровавые впадины.

Уильям: Продолжай в том же духе. Кстати. Завтра у Гадеса семейный ужин, и я бы хотел, чтобы вы там были.

Не желая повторять ошибку своего отца, он добавил: Вы говнюки, но я люблю вас. Покончив с этим, он отложил телефон в сторону и…

Его взгляд упал на дневник Санни. Он был в другом конце комнаты, просто лежал на столе. Пульс Уильяма подскочил. Ей нравилось записывать свои фантазии. Ошибка… с ее стороны. Он уже решил прочесть каждое слово. Зачем ждать?

Когда солнечный свет заменил лунный, осветив конюшню, Уильям соскользнул с кровати и снова надел свои кожаные штаны. Оставить мягкое, теплое меняющее мир тело Санни в этот раз оказалось сложнее. Но он справился, шансы на награду были слишком велики.

Он подошел к столу, чтобы пролистать страницы. Все были зашифрованы, кроме одного отрывка… о нем. Уголки его губ приподнялись. «Она хочет, чтобы я это прочел». Какие новые пытки она приготовила?

Он прочел слова и нашел список их пятнадцати сексуальных поз. О которых даже никогда не слышал. Бразильский ковбой. Шиворот-навыворот. Запекающий змей спорщик. Рядом с каждой позой стояло имя. Люциен. Зеленый. Рэтбоун. С этими мужчинами она хотела практиковаться?

Что за черт?

«Она зашла слишком далеко!» С книгой в руке Уильям вернулся к постели. По пути он заметил Рассвет, выглядывающую из-под кровати. Дерьмо. Ему нужно позаботиться о ней.

Он задержался, чтобы создать собачью дверцу, затем снаружи огородил участок стеной и добавил травы. Внутри наколдовал миску с едой и миску с водой, и кучу жевательных игрушек.

Рассвет метнулась к ним, одна голова пила, другая — ела.

Покончив с этим, он подошел к кровати и разбудил Санни.

— Сандэй Лейн, ты скажешь мне, что это, или прольется кровь!

Она моргнула, открыла глаза и подарила ему сонную улыбку.

— И тебе доброе утро, детка. — Улыбка исчезла, когда ее взгляд прояснился, и челюсть упала. — Уже утро. Я спала. Я спала всю ночь.

Пряди розовых волос спутались, когда она потянулась своим великолепным телом в нижнем белье. Простыня сдвинулась, обнажив большую часть ее торса. От прохладного воздуха ее соски превратились в горошины.

Уильям попытался отвести взгляд. Но не получилось. Вместо этого уставился на нее, и его член напрягся. Ничего себе.

Когда он оглядела его и облизнулась, член стал тверже.

— Ответь мне, — рявкнул он.

Все еще потягиваясь, Санни сказала:

— Конечно. Если ты спросишь вежливо.

Ну вот! «Уже насмешки над моими ошибками». Глубокий вдох, выдох.

— Что это за сексуальные позы, и почему ты написала имена других мужчин? Начнем с Рэтбоуна. Если я морально скомпрометирован, то он морально испорчен. Ты знаешь, что у него есть гарем, полный красавиц? И я был там в тот день, когда он пригвоздил свою любимую наложницу к стене и заставил наблюдать, как он привязал другого ее любовника к обеденному столу, распорол, пока тот был еще жив, и отдал его органы на съедение демонам.

— Что ты… — Ее взгляд упал на дневник. Санни хихикнула. — Ты повел себя как придурок по отношению ко мне, отказавшись брать на ужин к Гадесу, поэтому я решила тебя наказать.

«Дьявольская искусительница». С облегчением он отложил дневник в сторону.

— В таком случае, я позволю тебе соблазнить меня, чтобы отвлечь от гнева. После того как ты покажешь мне свою форму единорога.

— Нет и нет. Но я даю тебе разрешение соблазнить меня.

Уильям сел рядом с ней, бедро к бедру, и просунул руку под ее затылок, чтобы заставить принять ей вертикальное положение. Розовые локоны упали до талии. Локоны, которые он сжал в кулаке, удерживая ее лицо в нескольких сантиметрах от его.

— Мы можем продолжить спорить, — сказал он, — или можем делать то, что делают пары по утрам, и соблазнять друг друга. Выбор леди.

— Откуда ты знаешь, чем занимаются пары по утрам? Я твоя первая и единственная девушка.

Хорошее замечание.

— Санни, — сказал он, стараясь говорить мягко. «Не могу позволить себе влюбляться еще сильнее. Нужно установить между нами некоторую дистанцию». — Знаю, мы поддразнивали друг друга из-за того, что мы пара, но это не так. Пока. — «Либо она, либо я. Я выбираю… себя?»

Сначала ее глаза наполнились болью. Затем потемнели и сузились.

— Разве тебе не понравилось прошлой ночью?

Его сердце сжалось.