- Конечно, у кают-компании есть еще одно назначение, - Чан позволил себе съесть ложку супа. - На кораблях прошлого слово капитана было законом. Хороший или плохой, справедливый или несправедливый, он определял все, что происходило на корабле, включая вопросы жизни и смерти. Те, кто жил на нижних палубах, не имели права спорить или не соглашаться. Но, находясь в кают-компании, офицеры могли свободно высказывать свое мнение, даже если они не соглашались с капитаном. В кают-компании хорошего корабля они могли сказать об этом прямо в лицо капитану - если он сам признавал такой порядок. С тех пор все это называется "привилегией кают-компании" и дает возможность капитану знакомиться со всеми точками зрения, не рискуя потерять контроль над дисциплиной.
- А у вас... хороший корабль?
Чан улыбнулся и посмотрел на Сергея.
- Сэр?
- Лучший на всем флоте, - ответил Торрихос.
После супа подали овощи. Гью'ур решил, что попробует каждое блюдо из уважения к хозяевам, но к, его удивлению, салат и в самом деле оказался очень приятным на вкус.
- Не будете ли вы против, если мы зададим несколько вопросов о вас и вашем корабле? - спросила одна из присутствующих. Это была Фордис ("Связистка? Нет, командир орудийного отделения", - вспомнил Гью'ур).
- Отнюдь нет, - Гью'ур посмотрел на своего Главного Навигатора. - се Мрес, ты сможешь ответить на вопросы наших гостей относительно "ХаСамеру"?
- Как будет угодно капитану, - спокойно ответил Мрес на языке землян, при этом его крылья слегка напружини-лись, выражая Явную Неприязнь, что не ускользнуло от внимания сидевшего напротив него Бойда. - Наш корабль четвертый, который удостоился носить это имя. В переводе на ваш язык оно означает "Воин на рассвете". Его возраст - четыре по восемь и еще пять оборотов вокруг звезды, что почти соответствует тридцати вашим годам.
- Выходит, это довольно старый корабль, - сказала Фордис.
- По нашим понятиям он еще относительно новый, - возразил навигатор. Хотя его проект был разработан еще до того... еще до первого контакта нашего народа с вашей расой.
- Наши корабли редко остаются в действии больше десяти лет, - пояснил Торрихос. - Все наши корабли последнего поколения были спроектированы и построены в последние пять лет. В этом смысле "Ланкастер" является своего рода анахронизмом - он находится в строю уже почти двадцать лет.
- Столько же, сколько и наш капитан, - сказал Чан Уэллс, и большинство присутствующих не удержалось от смеха, объектом которого был не кто иной, как коммодор Торрихос.
Гью'ур напрягся, с тревогой предвкушая то, как капитан землян отреагирует на подобное оскорбление. К его удивлению, тот не придал насмешкам никакого значения и сам обратился с вопросом к порядком озадаченному зору.
- А что вы можете рассказать о себе, капитан? "Это бестактно", подумал Гью'ур, но все же решил ответить.
- Поскольку в настоящее время мой статус трудно определить, для меня не будет бесчестьем рассказать о своей родословной. Правда, я не знаю, что вы можете подумать о нас, - добавил он, свысока взглянув на сержанта Бойда. Мы принадлежим к Высшему Гнезду ХэЙен из рода Л'ле м'Хар с планеты Ри'иер'е, входящей в число наших Исконных Миров.
- Так значит, вы не из системы Зор'а'а? - спросила Фордис.
Его крылья стали принимать позицию, которая могла означать сарказм или даже снисходительную насмешку, но, помня о присутствии сержанта, он воздержался от этого.
- Нет, се лейтенант. В этой системе проживают менее одной шестьдесят четвертой всех представителей Гнезда ХэЙен. То же самое можно сказать о десяти других Гнездах. А что касается Молодых, наших братьев из Гнезд, образовавшихся после Объединения, то их там вообще нет.
Он замолчал, стараясь понять, насколько доходчивым было его объяснение.
- Сам я имею честь быть отпрыском рода м'Хар с планеты Ри'иер'е, уважаемого клана, основанного много дюжин пятилетий назад по вашему летосчислению,' когда на нашей планете впервые появились поселения зоров. Это было почти три тысячи лет тому назад, - уточнил он, мгновенно преобразовав в уме зоровскую систему летосчисления, основанную на корне квадратном из восьми, на десятичную земную.
За столом установилась напряженная тишина, из-за чего все три зора заметно насторожились. Рука Мреса даже потянулась к рукояти меча, но Гью'ур жестом приказал ему расслабиться.
- Восемь тысяч извинений, - сказал он. - Не сказал ли я чего-то неподобающего?
- Вы сказали... три тысячи лет? - переспросил один из офицеров связист Даннер.
Не совсем понимая удивление землян, Гью'ур еще раз в уме произвел вычисления.
- Пять дюжин по пять, семь по шестьдесят четыре, три по восемь и еще шесть оборотов прошло с тех пор, как Ганее ХэЙен построил Гнездо на Утесе на плато м'Хар на планете Ри'иер'е. Это соответствует трем тысячам тридцати восьми оборотам у зоров, или приблизительно двум тысячам семистам и... девяносто пяти земным годам.
Земляне по-прежнему молчали.
- Я чем-то оскорбил вас? - не выдержав, вновь спросил зор.
