— Тогда вы просто неумны. Вы происходите из семьи, многие поколения которой были кадровыми военными, но они не запятнали себя такими понятиями, как «мятеж» или «измена». Тем не менее в глазах девяти десятых населения Солнечной Империи вы уже стали бунтовщицей и предательницей. Вы намеренно нарушали прямые приказы Его Императорского Величества и вместо этого следовали приказам мятежного адмирала. Ваши цели, мотивы и даже результаты не имеют никакого значения. Император уже подписал вам приговор.
У вас есть только один способ вернуться в Солнечную Империю без наручников, — Сянь пристально посмотрел на Мак-Эван. — Вы должны присягнуть новому императору. Вы, капитан Окоме, равно как и любой другой офицер и матрос на всем этом взбунтовавшемся флоте, можете сделать ставку только на то, что привезете адмирала Марэ в Оаху новым императором Солнечной Империи.
Шэрон Мак-Эван была уверена, что Марэ не намеревался захватывать трон. Вместе с тем в рассуждениях Сяня была своя логика. Император — нынешний император — не мог игнорировать обвинения против Марэ и всех тех, кто последовал за ним. Марэ сделал именно то, о чем говорил Сянь, и обстоятельства требовали, чтобы это дело было доведено до конца.
— Но что лично вам до всего этого?
— Если разгорится борьба за трон, настанет необходимость вновь собирать Имперскую Ассамблею. Я рассчитываю стать депутатом.
— Отдав сейчас свой голос в пользу Марэ?
— Нет, всего лишь точно убедившись, что адмирал непреклонен в своих притязаниях на трон, и предложив ему решающее содействие в решающий момент в качестве платы.
— А почему вы думаете, что он согласится на это?
— Я вовсе так не думаю. Я даже еще не говорил с ним и не знаю, как он на это посмотрит. Однако у адмирала есть немало сторонников по всей Империи. Если он действительно сделал то, о чем вы говорите, значит, он покончил с угрозой, которая омрачала жизнь двух поколений.
— Но что будет, если адмирал все же отклонит ваше «щедрое» предложение?
На холеное лицо депутата вернулась осторожная улыбка.
— Тогда я всенародно объявлю его изменником и обеспечу поддержку императору в его борьбе против узурпатора.
— Понятно. А если я просто посажу вас в корабельный карцер и выброшу ключ? Или вытолкну вас в люк без скафандра?
При этих словах по лицу Сяня промелькнула легкая тень страха, но он быстро овладел собой.
— Через семь дней, если от меня не поступит особых распоряжений, в глобальной сети появится видеозапись моего выступления, из которого вся Солнечная Империя узнает о моей героической попытке обратиться к Марэ с предложением сложить оружие и поставить точку в этой ужасной войне… равно как и о моей трагической кончине, последовавшей за этим. Я не уверен, что это поможет адмиралу завоевать сердца и умы своих будущих подданных.
— Понятно.
— Не спорю, для меня гораздо предпочтительнее остаться в живых после такого эксперимента. Но когда я решался на него, я не питал иллюзий в отношении того, что флот, который уничтожил миллионы жизней при атаке на Л'альЧан, проявит щепетильность в отношении жизни одного своего соплеменника. Ну, я думаю, мы сказали друг другу все, что хотели. Теперь я хотел бы встретиться с адмиралом.
— Я уже говорила вам, что его здесь нет.
— Но вы наверняка можете связаться с ним. Более того, я уверен, что вы сами не станете принимать решение по такому важному вопросу. Если вам угодно, я готов подождать — хоть на борту «Камерона», хоть в вашем карцере.
Мак-Эван повернулась к майору Симмсу, который за время этой беседы не проронил ни слова.
— Уведите этого человека с моего корабля. Симмс встал и слегка поклонился Сяню.
— Прошу вас, депутат.
Второго приглашения Сяню не потребовалось. Он и сопровождавшие его офицеры встали из-за стола и вместе с Симмсом покинули конференц-зал.
— Ну, что скажете? — спросила Мак-Эван своего помощника, когда дверь закрылась.
— Без сомнения, это очень скользкий ублюдок, — сказал Шон, теребя свою аккуратно подстриженную бородку. — Мы не можем сказать ему «да» или «нет».
— Но в одном этот Сянь прав, — возразил Окоме. — Мы не можем сами принимать решение.
— Он и рассчитывал на это, когда прибыл сюда. Скорее всего, он даже знал, что Марэ здесь нет.
— Тогда какой смысл во всем этом спектакле? — спросил Шон. — Неужели он прибыл на «Сан-Мартин» просто для того, чтобы изложить нам свою позицию? Ему следовало бы поберечь эмоции для разговора с Марэ.
— Он знал, что мы передадим эту информацию адмиралу, — ответила Шэрон. — Поэтому, прежде чем обращаться непосредственно к Марэ, он хотел вначале убедить нас. Но, будь я полной идиоткой, я все равно не сказала бы ему, где сейчас адмирал. Скорее всего, он не знает об этом.
— Хорошо, джентльмены. Теперь — ваши предложения. Как нам поступить?
— Нам надо связаться с адмиралом, — предложил Шон. — Учитывая нехватку времени, у нас нет иного выбора.
— Шон прав, — согласился Окоме. — Хотя на «Камероне» могут перехватить наше донесение. Лучше направить к Марэ корабль.
— И я даже знаю, какой ты имеешь в виду.
