– Кажется, мы подошли к моменту, ради которого ты пришел, – сказал Лаптев. – Когда у тебя появилась мысль решить проблему радикальным способом?
– В сентябре, – признался молодой офицер. – Мне надоел этот позор. О нем никто, кроме членов нашей семьи, Борзых и Черданцева, не знал, но я… В общем, я стал подумывать, не ликвидировать ли мне Борзых. Но, к счастью, проблема решилась сама собой, без постороннего вмешательства. Мама и Борзых прекратили отношения, расстались друзьями, как она утверждает.
– Как ты собирался убрать Борзых? Дело это прошлое и не состоявшееся, так что можешь говорить без опаски. За дерзкие мысли у нас в стране не судят.
– Я думал взять обрез, предназначенный для уничтожения, прийти к нему домой и разрядить оба ствола в грудь этой сволочи.
Лаптев понимающе кивнул. Именно так, незатейливо и прямолинейно, должен был действовать доведенный до отчаяния человек. Позвонил в дверь, выстрелил, убежал, а там найдут, не найдут – дело пятое. Дилетантский подход к преступлению говорил об искренности намерений. В реальности Борзых устранили более изощренным методом – чужими руками, воспользовавшись отцовской любовью к больной дочери.
– Как было с сестрой? – спросил Лаптев.
– Стыдно сказать: она влюбилась в Борзых! Я как-то пришел с работы раньше времени и подслушал ее разговор с мамой. Софья сказала: «Ты, мама, не ревнуй! Юра – мой мужчина, и я его никому не отдам!» Представьте: она еще школу не окончила – и такое родной матери заявляет!
– Не путай причину и следствие! – возразил Лаптев. – Софья попала к Борзых не по своей воле. Ты случайно стал свидетелем разговора двух женщин, имевших интимные отношения с одним и тем же мужчиной. Когда они говорили о Борзых, то были не мама и дочка, а две любовницы: одна постарше, другая – совсем юная. Как я понимаю, отец и мать были не против ее брака с Борзых?
– Отец, когда узнал, что Борзых в загсе уничтожит расписку и прекратит требовать долг, напился на радостях, сказал, что все прощает и маме, и Софье. Сам эту кашу заварил, а потом милостиво простил, что его супруга за долги с другим мужиком спала.
– Какие сейчас отношения в вашей семье?
– Я не мог побороть в себе отвращение к маме. Если бы она спала с Борзых по принуждению, то я бы мог понять ее, простить, а когда она возвращалась утром довольная и уставшая – как это можно назвать? Блуд, разврат, проституция? Ей нравилось проводить время в его обществе. Стыдно говорить, но я как-то подумал, что Борзых был не первым любовником мамы. Слишком уж легко она согласилась на интимную отсрочку погашения долга. Отец потребовал, она для вида оскорбилась, но поехала. Вдумайтесь! – Любимов потряс перед собой руками от возмущения. – Вдумайтесь – это была ведь только отсрочка погашения долга, а не его погашение. Борзых мог потребовать, чтобы мама год к нему ездила, и она бы год с радостью с ним встречалась, занималась там черт знает чем.
– Наверное, она получала от Борзых то, чего не могла добиться от твоего отца. Звучит пошло, зато реалистично.
– Да ну! – не согласился Любимов. – Отец – нормальный здоровый мужчина, чего он мог не дать маме, чего бы она хотела?
– Душевной теплоты, например. Борзых при первой встрече пальцем до Софьи не дотронулся. Твоя мама могла с ним болтать днями напролет, а не только… Оставим эту невеселую тему. Чужая душа – потемки. Как я понимаю, ты пришел рассказать о своей непричастности к убийству Борзых?
– Я узнал о нем только в воскресенье вечером.
– У тебя есть алиби на утро субботы?
– Нет, – покачал головой Любимов. – В сентябре я съехал от родителей на съемную квартиру и теперь живу один, хотя прописан у них. В субботу я не выходил из дома, гостей не принимал. Доказать, что я не был в «Супер Плазе», не могу.
– С офисным центром мы разобрались. У тебя есть права на управление автомобилем?
– Есть. Я собирался приобрести машину в кредит, потом передумал.
– Сестра была в субботу на консультации по ЕГЭ. Кто мог знать, что этим утром она будет занята?
– Хоть кто. Электронное расписание ЕГЭ и консультаций находится в свободном доступе. Любой человек мог зайти в интернет и посмотреть, когда она будет в школе.
– Через двадцать минут должен прийти твой отец. Если тебе больше нечего добавить, то, я думаю, вам лучше не встречаться. Если что-то вспомнишь, заходи! Или я, или Дмитрий Викторович будем на месте.
После его ухода Лаптев сказал:
– Я в начале расследования не мог понять, как такой предприимчивый человек, как Лев Карташов, не обратил внимания на перспективнейший компьютерный бизнес? Оказывается, обратил, только вновь созданную фирму у него, говоря современным языком, отжали. «Да воздастся каждому по делам его!»[9] Вот и воздалось спустя столько лет! Благосостояние на крови счастья не приносит. Какого года госпожа Любимова, 1970? Наверное, симпатичная женщина, если Борзых на нее внимание обратил. Была бы дурнушка, он бы с ней все лето отношения не поддерживал.
– Андрей Николаевич, может, надо было съездить к Любимову-младшему, посмотреть, что у него и как? – спросил Блинов.
