– Смысла нет. Наш противник действовал в виртуальном мире. Для выхода в интернет нужен только компьютер, а он есть в каждом доме. Наш злосчастный Морозов считает, что информация хранится на жестком диске компьютера, а она – на сервере, который может располагаться в другой стране или вообще быть виртуальным, неосязаемым. Обыск у Любимова ничего не даст. Даже если он каким-то образом причастен к преступлению, то материальных следов этого в его жилище мы не найдем.
– Вы полагаете, он мог быть сообщником организатора убийства Борзых?
– Вряд ли! Слишком он тщедушный человек. Когда говорят слово «тщедушный», то имеют в виду человека болезненно худого, изможденного невзгодами или непосильным трудом. У Любимова-младшего тщедушная душа, если так можно выразиться. У него явный недостаток душевной силы. Он не способен на дерзкий, рискованный поступок. Ему же никто не мешал пойти и расстрелять Борзых, но он этого не сделал. Мысленно строил планы мести, наслаждался ими, но к реализации их не приступил. Отговорка, что мать сама рассталась с Борзых, – это только отговорка, словесный бальзам для самомнения. Если бы его мамочка год встречалась с любовником, он бы год ждал и каждый вечер, перед тем как уснуть, представлял себя с обрезом у дома. Так, кто у нас дальше по плану?
– Господин Любимов Евгений Александрович, 1962 года рождения.
Евгений Любимов был состарившейся копией сына. Одет был в темную футболку с надписью на английском языке и в джинсы с прорезанными дырами на коленях – довольно странный наряд для мужчины его возраста. Гость чувствовал себя неуверенно, прямого взгляда избегал, но глаза его не смотрели в одну точку. Войдя в кабинет, он беспрерывно осматривал то один предмет, то другой, словно прикидывал, что бы ему украсть, если появится возможность.
«Что отец, что сын – два отвратительных типа! – оценил свидетеля Лаптев. – Сын еще ничего смотрится, терпимо, а папаше я бы даже пустое ведро не дал покараулить. Сопрет и будет отпираться до последнего!»
– Поговорим о мошенничестве, совершенном в отношении вас при продаже недвижимости, – предложил Лаптев.
Любимов обрадовался такому началу разговора. В истории с продажей магазинов он был потерпевшим, значит, по определению хорошим человеком.
Гость сбивчиво и многословно рассказал, как на его объявление в интернете откликнулась московская фирма, как шли переговоры о сделке купли-продажи. Чувствовалось, что Любимов – изворотливый тип и хочет одновременно добиться взаимоисключающих вещей: выглядеть опытным бизнесменом, способным почувствовать мошенничество за версту, и в то же время предстать невинной жертвой таинственных махинаторов. Лаптеву надоело его словоблудие, и он перешел к уточняющим вопросам.
– Почему вы решили, что московские гости являются солидными бизнесменами с серьезными намерениями? – спросил он.
– Как иначе! – удивился гость. – Одеты они были с иголочки: костюмы итальянские индивидуального пошива, туфли крокодиловой кожи, часы «Ролекс». На время переговоров они остановились в лучшей гостинице города, для передвижения использовали арендованный «Мерседес» последней модели. Обедали и ужинали в ресторане при гостинице, а там цены – закачаешься! Обычный салат из свежей капусты стоит как комплексный обед в кафе в центре города. Прощальный банкет организовывал я. Пришлось вложиться, чтобы не ударить в грязь лицом. Представители покупателя одобрили выбор блюд и напитков. Под коньячок и балычок мы разговорились. Тут-то и пошла речь о Праге и заграничных обычаях. Один из них говорит: «На Западе все на понтах, одна показуха! Есть евроремонт – хорошая фирма, нет – отстой. Будь ты хоть трижды гениальным бизнесменом и надежным партнером, без солидного офиса тебя никто всерьез принимать не будет». Я поддался на эту уловку, взял кредит, отремонтировал магазины и склад. Через месяц оказалось, что ни недвижимость, ни компьютеры москвичам не нужны. В столице я выяснил, что по указанному в документах адресу находится офисный центр с огромным количеством мелких фирм разной направленности, а о моих «партнерах» там даже никто не слышал. В налоговой инспекции дали справку, что организации с такими реквизитами в Москве нет. Обман!
– Кому он был выгоден?
– Черт его знает! Вначале я думал вычислить мошенников среди покупателей недвижимости. Логично предположить, что, вогнав меня в долги, они рассчитывали на большую скидку при покупке магазинов. Классическая разводка – заставить партнера влезть в долги, раздуть критическую массу до предела и проткнуть пузырь. После требования банка вернуть кредит я был вынужден выставить недвижимость на продажу по цене ниже рыночной. Я отдал магазины практически даром. Если бы у меня было время на поиск настоящих покупателей, я бы вывернулся с кредитом и смог бы немного заработать, а так все получилось хуже некуда. По факту я отремонтировал магазины, чтобы продать их дешевле, чем они стоили до ремонта. Я понятно объясняю?
– Мы отошли от сущности вопроса. Кому было выгодно вогнать вас в долги? Борзых мог иметь к этому отношение?
