— Великолепный профессионализм Уэйна Келли вполне соответствует его известности. Новая тематика факультатива застала врасплох всю школу. В представленном им учебном плане ни слова не говорилось о расследовании причин смерти.
— Справедливости ради он же не мог знать…
— Справедливости ради он не имел права по собственному почину вовлекать в это учеников. И что, кстати, ваша дочь думает по этому поводу?
— Увлечена. Строит из себя настоящего журналиста. Келли показался мне харизматичной личностью, поэтому, полагаю, все ее одноклассники увлечены им не меньше.
Матисон определенно опять начал бежать. Его слова теперь звучали напряженно и отрывисто.
— Ну, между нами говоря, Йен, директор… при полной поддержке совета… попросил Келли положить конец этому нелепому расследованию. Все попечители в совете полагают, что эта смерть была либо самоубийством, либо странным несчастным случаем, и назначенный на это дело детектив Гаврас склоняется к той же версии.
— А как к этому относится Келли?
— Не согласен. Решительно протестует!
— А он имеет право?
— Ну, школа, конечно, могла бы уволить его, однако…
— Есть опасность усиления дурной рекламы.
Не скрипнуло ли что-то в коридоре? Не отразилось ли в окне чье-то движение? Развернувшись в кресле, Йен увидел лишь пустой дверной проем.
— Келли заверил, что не пытается дразнить гусей, и сам лично считает, что дело не связано ни с каким преступлением. Он говорит, что использует данный инцидент для обучения правильным методам журналистских расследований, поскольку «он привлек большое внимание учеников».
— Уж это точно.
— А учитывая популярность смартфонов, интернета и всего прочего, внимание их, полагаю, нынче привлечь далеко не просто, — произнес Матисон, отдуваясь после каждого слова.
Медленно, чтобы не скрипнуть креслом, Йен встал и, пройдя по ковру к двери, выглянул в коридор. Но не увидел там ни Энди, ни кого-то другого. Вздохнув, он тихо закрыл дверь.
— Так вас это тоже встревожило? — спросил Матисон.
— Мне просто не хотелось бы, чтобы школу поливали грязью.
— Учитывая все благодеяния Коуплендов, причем не только финансовые, я полагаю, что репутация Гленлейка должна восприниматься синонимично вашей фамилии.
— Вы абсолютно правы, — пробурчал Йен, несмотря на то, что его мотивация имела мало общего с его фамилией. Он хотел лишь… всего лишь… защитить Энди.
— Что ж, не переживайте. Естественно, вы понимаете, что мои сведения конфиденциальны, однако, уверяю, мы пристально следим за ситуацией. Мне не хотелось бы, чтобы вы и ваша очаровательная жена волновались. Менее всего нам нужно, чтобы такой персонаж, как Даллас Уокер, вернулся, породив новые неприятности.
