— Мы должны послать немедленное сообщение на Землю, — сказал он. — Времена, когда мощи радиостанций звездолётов хватало, чтобы послать сообщение только на расстояние в несколько световых дней, к счастью, позади, и нормой стало несколько световых лет. «Аристон» оснащён самой мощной радиостанцией в истории звездоплавания. И хотя опыт радиосообщений со звездолёта на расстояние шести световых лет отсутствует, есть все основания полагать, что наше дойдёт.
— Это так, — кивнул Мир Гром, — но стопроцентной гарантии нет. А чем скорее Земля получит информацию об опасности, тем больше шансов защититься от пришельцев.
— Сообщение можно продублировать, и не раз, — заметил Морэ, — это большой расход энергии, но в данном случае он оправдан.
Слово взяла Сандра Кара.
— Опасность, нависшая над Землёй, самая грозная в истории, — сказала она, — и, возможно, более разумным стало бы наше немедленное возвращение. Но я считаю, что экспедиция должна продолжить работу. Мы до сих пор не знаем, что случилось с иридианами и кто наши враги. А способы выяснить это есть. Кроме того, не следует забывать, что межзвёздные полёты опасны, и хотя нам идти проторённым путём, полной гарантии, что экспедиция вернётся, нет. Радиосигналы дают надёжную возможность предупредить Землю. Сообщение нужно послать.
— Хотела бы уточнить, — спросила Дейра, — почему станция на Луоне не участвовала в космическом сражении? Ведь она наверняка была одним из центров противокосмической обороны Ириды!
— Естественный спутник — это не звездолёт, Дейра, им нельзя управлять, — ответил Морэ. — Луона в момент атаки пришельцев была далеко от места сражения. Атаковать её потом для обескровленного флота пришельцев не имело смысла, атака означала ненужные потери. Было ясно, что персонал погибнет, как только закончится ресурс реактора.
— Морэ, как вы думаете, — заговорил Мир, — как скоро землянам можно ожидать атаки со стороны пришельцев?
— Учитывая, что здесь они объявились вновь через сто пятьдесят лет, расстояние до их мира или одного из их миров максимум семьдесят световых лет. Какое — то время, допустим, ещё сорок лет, их звездолёту нужно, чтобы вернуться. Затем им нужно ещё восемьдесят лет, чтобы посланный боевой флот достиг Земли. Но это в лучшем случае. Вряд ли решение о повторном полёте на Ириду принято сразу после возвращения эскадры, скорее всего, прошло какое — то время. А это значит, ближайший к Земле мир, населённый ими, на расстоянии всего нескольких десятков световых лет от Солнца, намного ближе, чем Ахернар. Значит, вторжения нужно ждать через несколько десятилетий.
— Как же они не обнаружили нас до сих пор? — спросила Дейра Кор.
— Очевидно, их экспансия направлена к богатым звёздами центральным скоплениям Галактики, — ответил Морэ. — Возможно, планета, ставшая базовой для удара по Альграбу и Ириде, колонизирована недавно. Впрочем, в их масштабе «недавно» может означать и тысячу лет, — подумав, добавил он.
— Но как мы сможем оказать сопротивление цивилизации, которая уже тысячи лет назад овладела межзвёздными полётами? — вновь спросила Дейра.
— Сопротивление, Дейра, мы оказать сможем, — ответил Мир Гром. — Более того, мы сможем победить. Факты говорят — у них нет боевых аннигиляторов. Видимо, они их не изобрели. Иначе какой смысл посылать на уничтожение разумных цивилизаций целые эскадры и наносить ядерные удары? Один наш «Аристон» легко сметёт с Ириды всё живое. И не только Ириды. «Аристон» может уничтожить десятки и сотни миров.
Спокойный и деловой тон командира резко контрастировал со страшным смыслом его слов. В рубке повисла неловкая, напряжённая тишина.
Дейра в растерянности смотрела на повелителя звездолёта.
— И вы сделаете это, Мир?! — тихо спросила она.
— Да, Дейра, — просто ответил Гром, — я сделаю всё, чтобы защитить Землю и Великое Кольцо…
— Но чем же мы тогда лучше этих нелюдей?! — потрясённо спросила она.
Ей никто не ответил. Напряжённое молчание усилилось. Его нарушила Эдна, переведя разговор на другую тему.
— Я тоже против немедленного возвращения, — сказала она. — Мудрость учит: «Самый страшный враг тот, которого не знаешь». Нам выпала редкая удача хоть что — то узнать об этой чудовищной псевдоцивилизации. У нас великолепная радиостанция, и, полагаю, нужно ограничиться тремя дублирующими сообщениями. Кроме того, мы до сих пор не выяснили, выжил ли кто — нибудь из иридиан, а помочь им — наш долг.
Слово вновь взяла Сандра.
— Мы до сих пор не знаем даже, как пришельцы выглядят, — сказала она. — Не говоря об их физиологии и генетике. Судя по всему, иридиане дали им суровый отпор, а значит, мы обнаружим в космосе останки не только иридиан, но и их врагов.
— Как знать, — сказал Морэ, — может быть, исследуя обломки их звездолётов, мы узнаем о координатах их планет. Наверняка на навигационных компьютерах есть такая информация. Значит, попробуем её расшифровать.
— Кто — нибудь считает, что нужно прекращать работу? — спросил Мир Гром.
Таковых не нашлось.
— Что ж, Корн, — продолжил он, — мне кажется, Луона нам дала всё, что могла. Пора отправляться на Ириду.