— Так гораздо лучше, — закончив, он нежно провёл пальцем по моему подбородку, и я внезапно ощутила тёплое покалывание везде, где он касался меня до этого.
Джулиан медленно наклонился и коснулся моих губ своими. Затем отстранился, серьёзно взглянул на меня и очень тихо произнёс:
— Мне показалось, ты хотела этого в тот раз на крыше. Я прав?
Подумав, я кивнула, а он легко улыбнулся:
— Я сожалею обо всём, что наговорил при эльфийке — эльфам совершенно ни к чему знать о моей слабости. Сделай глубокий вдох через рот, Оливия.
Дождавшись моего вдоха, вампир снова поцеловал меня, на этот раз более напористо. Я не возражала, поначалу чувствуя неловкость, а затем с головой окунаясь в страсть и дикое желание, исходящие от него, и наткнулась на вампирские клыки — случайно провела по ним языком, пытаясь ухватить Джулиана за нижнюю губу.
— Всё, достаточно, — вампир резко закончил поцелуй. — А то Габриэль почувствует наше состояние и примчится ругаться, что не лечим тебя. Пока чтоэто было в целях лечения и ничего более, Оливия.
— Кажется, ваш Хранитель запретил вам трогать кого-то клыками, — неловко пошутила я и тут увидела, как по его подбородку стекает кровь, капая мне на лицо.
Я ужаснулась: неужели это я его укусила? Джулиан, видимо, увидел испуг в моих глазах и нахмурился.
— Что случилось? Только не говори, что ты собралась плакать.
— Это я тебя укусила?
Он рассмеялся, сев на другую половину постели, и, стерев кровь с подбородка и губ, взял мою руку.
— Конечно нет. Это я себя укусил, чтобы дать тебе своей крови.
— Зачем?!
— Я же уже сказал: в целях лечения. Благодаря нашей связи мы можем тебя лечить своей кровью. Сейчас потерпи, будет больно.
Он принялся выправлять мне сломанные пальцы и я застонала, вырвав ладонь из его руки.
— Потерпи, пожалуйста. Иначе пальцы срастутся неправильно и придётся заново их ломать.
— Может, я лучше в больнице полежу? — повернула я голову, чтобы видеть его лицо.
Вампир отрицательно покачал головой, вправляя мне второй палец.
— Нет, там любой охотник может убить тебя за то, что мы продемонстрировали, что ты нам…, — он замялся, подбирая слово, — важна.
— И что мне делать? А-а-а, очень больно, Джулиан!
— Да это потому что…
В комнату вихрем ворвался Габриэль к нам, оценивая обстановку, и обратился к брату:
— Ты что творишь?!
— Теперь пальцы ломаю заново и вправляю, — буркнул Джулиан, сосредоточенно занимаясь тем, что озвучил.
— Это я понял, полегче нельзя?
— Нет, потому что мелкие кости и суставы уже срастаются! Помоги лучше, раз пришёл! — взорвался Джулиан, садясь ближе ко мне и взяв мою вторую руку. — Капни крови на метку, чтобы ей не было так больно, потом проверь нос!
Габриэль сделал всё мгновенно, я даже не успела увидеть его действия. Боль в пальцах ненамного утихла, стоило ему коснуться метки окровавленными пальцами.
«Надо потом узнать у них, как это работает».
— Нос в порядке, ломать не нужно, — сообщил он, не переставая держать пальцы у моей шеи. — Лицо тоже заживает. Ты не слишком много крови влил?
— Нет, в самый раз, — ответил ему Джулиан, сгибая и разгибая вправленный палец, — Будет снова кричать — целуй её, что ли. Иначе испугаем охотников за дверью и точно ни на какие уступки они не пойдут. Главное не убирай руку с метки.
«Интересно, что за уступки?» — размышляла я, представляя себе такую же спокойную жизнь охотника, как до встречи с вампирами.
Габриэль напряжённо улыбнулся, переведя взгляд куда-то в сторону.
— Я не буду целовать её, если она не хочет.
— Боишься, что она тебя побьёт? А я бы поцеловал, — ухмыльнулся Джулиан, подмигнул мне и приложил палец к губам. Габриэль стоял к нему боком и, к счастью, не мог видеть его жестов.
Я фыркнула и прикрыла глаза. Какой серьёзности можно ожидать от Джулиана Коста?
— Вот как? Считаешь, от моего брата не стоит ждать серьёзности?
Руки Джулиана, держащие мои пальцы, на мгновение напряглись, затем расслабились. Я почувствовала дыхание на своих губах и, тяжело вздохнув, открыла глаза, наткнувшись взглядом на Габриэля, который изучающе склонился надо мной. Возможно, пережитый стресс и боль действовали на меня так или я захотела позлить Джулиана, но…
— Габриэль, разрешаю, — выдохнула я прямо ему в губы, стараясь ни о чём не думать. Всего лишь поцелуй, который ничего не значит.
Он недоверчиво посмотрел на меня.
«Да правда разрешаю, целуй!» — подумала я яростно.
Когда я уже была готова закричать от боли, вампир поцеловал меня, приглушая мои крики.
От его нежного поцелуя я почувствовала волнение в груди и часто задышала. Габриэль положил свою вторую ладонь на моё сильно бьющееся сердце, и волны спокойствия прошли сквозь всё моё тело. Поцелуй с ним был похож на нежный шоколад, который медленно тает во рту. Я ловила каждое мгновение наслаждения, совершенно забыв о боли.
