— Ах, черт возьми, — Доммиэль вздохнул, когда мимо пробежали крупные вооруженные люди.
— В чем дело?
— Похоже, те «Двенадцатые», с которыми я работал, наконец-то подрались с людьми Короля Генриха.
Затем рядом прошла знакомая высокая худощавая фигура с револьвером в руке.
Ксандер.
Я добежала до конца переулка и осторожно выглянула из-за угла. Доммиэль был рядом со мной.
— Мы уходим, Аня.
Я посмотрела на него.
— Нет. Не уходим. Это Ксандер, он один из охотников Уриэля. И сначала мы должны ему помочь.
— Господи, женщина. Это будет второй раз, когда демоны будут сражаться против меня за последние двадцать четыре часа.
— Тогда не помогай. Оставайся здесь, в переулке, и жди меня.
Я выскочила из-за угла, обнажая свои длинные кинжалы, не обращая внимания на яростное проклятие Доммиэля, когда я скользнула в драку.
Демоны взорвали приближающихся бойцов сопротивления. За линией и в кругу демонических стражников стояли на коленях около сотни людей со связанными за спиной руками. Некоторые были одеты в черное одеяние «двенадцатых», но большинство были обычными женщинами и детьми.
Я подошла к Ксандеру, прячась за грузовиком, пока он стрелял по демонам.
Бросив быстрый взгляд на меня, он снова посмотрел поверх капота.
— Привет, дорогая. Решила присоединиться к нам еще на один день веселья? Я думал, ты уехала из Лондона.
Его всегда непринужденный диалог, даже перед лицом смерти, произнесенный с аристократическим английским акцентом, всегда, казалось вызывал у меня улыбку. Несмотря на вероятность неминуемой смерти.
— Да, я так и сделала, — ответила я. — Я ищу Уриэля.
Его небрежный взгляд оценивал меня с ног до головы.
— Интересно. Потому что мне кажется, что ты сидишь за стареньким маленьким седаном в южной части Лондона, лицом к лицу с теми из ада, которых мы оба люто ненавидим.
— Серьезно, Ксандер. Что здесь происходит?
Он прицелился и выстрелил, попав демону в лицо, который просеялся прямо перед машиной. Его тело рассыпалось, а затем взорвалось огненными углями и пеплом.
— Ну, я стреляю и убиваю демонов. А что ты делаешь?
Этот человек так раздражал.
— Эти люди, которых они поставили на колени. Что они с ними делают?
Его невозмутимое выражение внезапно стало таким резким.
— Это рабы орд демонов, если мы не спасем их.
— Рабы? — мое сердце пропустило удар. — Так много детей.
— Верно, — его голос стал еще ниже и серьезнее. — Нынешние демоны любят играть с детьми.
— Нет, Ксандер.
— Может быть, будет лучше, если ты отсидишься, дорогая?
Его взгляд скользнул по моей шее, где рана затянулась. Во всяком случае, на поверхности.
— С чего бы мне отсиживаться?
Доммиэль появился с другой стороны от Ксандера. Он кивнул Ксандеру, который улыбнулся моему напарнику, как старому другу.
— Привет, капитан Черное Сердце.
— Похоже ты всегда по уши в дерьме, а Златовласка?
Я в шоке уставилась на их игривый обмен репликами, хотя ни один из них, казалось, не обращал на меня внимания.
— Всегда, капитан. Знаешь, я действительно верю, что эта повязка на глазу выглядит на тебе соблазнительно. Держу пари, что она заманивает многих женщин в твое непристойное логово.
Доммиэль приподнял бровь, глядя на него, затем снова посмотрел поверх капота.
— А кто отвечает за это дерьмовое шоу?
— На нашей стороне или на их? О, подожди. Я имею в виду нашу сторону или вашу? Что это такое в наши дни? Я никогда не могу понять, на чьей ты стороне.
Доммиэля, казалось, нисколько не смутило еще одно обвинение в том, что он играет на обеих сторонах.
— Не бери в голову, — в его груди раздалось рычание. — Я только что получил ответ.
Внезапный шквал эфирного огня пронесся над головой, и крики женщин и детей эхом отозвались в воздухе вместе с воем бури. Шторм, который не вызывал дождя, только шипящее электричество, щелкающее в воздухе.
Проявилась новая волна демонов, все в черном, за исключением красных воротничков, богохульная имитация жрецов.
— Красные жрецы Ладьи и Обезьяны, — пробормотала я, чувствуя, как страх выбрасывает адреналин в кровь.
Так жрецов называли за пролитую ими кровь. Эти мерзкие твари служили темным принцам. Они были безобразны: угольно-черные волосы, рты, наполненные острыми зубами, и мертвецки бледная кожа. Они просеивались в охраняемый демонами внутренний круг, хватали своих пленников и снова исчезали, унося их неизвестно куда.
Доммиэль встал из-за машины и посмотрел на них.
— Мы можем просеяться седи них и спасти несколько человек. Перенесём их в Дартмур.
Мое сердце подпрыгнуло, когда он с треском электричества исчез и появился внутри круга, обняв мальчика и девочку, вероятно брата и сестру, и потом исчез.
— Поспешим, дорогая. Кажется, у твоего парня, кажется, хорошая идея.
Мой парень? Но сейчас не было времени обдумывать слова Ксандера. Был он прав или нет.
