В парке они медленно бродили по дорожкам, любовались выпавшим снегом, укрывшим кроны деревьев, остановились неподалеку от здания отеля «Плаза», а потом, свернув в боковую аллею, направились к площадке, откуда доносились громкий веселый смех и позвякивание колокольчиков. Там для посетителей, среди которых было много туристов, устраивали рождественские катания на лошадях. Повозки были разукрашены яркими цветами, в гривы лошадей вплетены нарядные пестрые ленты.
— Начинаются рождественские праздники, — улыбнулась Элизабет, но в ее голосе Ник уловил нотки печали. Он взглянул в ее раскрасневшееся от ходьбы лицо, и на мгновение ему снова показалось, что перед ним не знаменитая на всю страну женщина, а маленькая девочка, чувствующая себя одинокой и потерянной в мире взрослых людей.
Ник взял Элизабет за руку, и они пошли дальше. Впереди несколько мальчишек увлеченно лепили снежные фигуры, играли в снежки и прыгали в сугробы. Ник наклонился, зачерпнул пригоршню чистого, искрящегося на солнце белого снега, слепил снежок, отбежал в сторону и кинул его в Элизабет.
— Ник, что вы делаете? — засмеявшись, воскликнула она, отряхивая снег.
— Начинаю праздновать наступающее Рождество! — с лукавой улыбкой ответил он, вернулся к Элизабет, порывисто обнял ее и крепко прижал к себе.
Убийца наблюдал за веселящейся парочкой из-за кустов, покрытых шапками снега. Его в отличие от Ника и Элизабет наступающее Рождество совсем не радовало. Все его мысли были заняты сейчас одним: Элизабет гуляет в парке с этим ненавистным полицейским, она веселится, радуется жизни и, похоже, забыла обо всем на свете. Этот детектив кидает в нее снежки, а она, вместо того чтобы возмутиться или обидеться, радуется как девочка! Господи, что происходит? Мир рушится у него на глазах, истины, казавшиеся ему прежде незыблемыми, рассыпаются в прах. Как же он мог так заблуждаться? Он, боготворивший Элизабет, считавший ее самой лучшей, честной и достойной женщиной в мире! И как ему удалось убедить себя в этом? Разве она похожа на такую женщину, перед которой можно и нужно преклоняться?
Конечно, просто хорошая женщина — любящая жена и ласковая мать — это, в общем, неплохо, хотя заурядно и буднично, но вот если бы еще эта женщина не рушила чьих-то надежд и не обманывала ожиданий... А Элизабет его обманула. Она предала его и должна понести за это суровое наказание.
— Как быстро и незаметно пролетело время! — разочарованно протянула Элизабет, когда они с Ником присели на скамейку отдохнуть. — Оказывается, уже четыре часа дня! Как долго мы с вами гуляли!
— Мне кажется, наш снеговик симпатичней того, что слепили мальчишки. — Ник с гордостью кивнул в сторону снежных фигур. — Правда?
— Конечно, наш лучше. — Элизабет рассмеялась.
— Я представляю, с каким удивлением эти ребята смотрели на нас, — улыбнулся Ник. — Наверное, думали: «Какие странные старички! Они, наверное, впали в детство».
— Это мы с вами старички? — притворно нахмурилась Элизабет. — Мы с вами еще очень молоды, Ник. — И, лукаво улыбнувшись, добавила: — Я, во всяком случае, считаю себя еще совсем юной.
Произнеся эту фразу, она посмотрела ему в лицо и прочла в его ярко-зеленых глазах искреннее восхищение. Если раньше Элизабет казалось, что О'Коннор относится к ней с дружеским участием, то теперь его взгляд недвусмысленно свидетельствовал о том, что она ему нравится как женщина. И Элизабет это было очень приятно. Она привыкла к восторженным мужским взглядам, но никогда не придавала им значения, сознавая, что к ней относятся лишь как телезнаменитости. С Ником же все было иначе. Она чувствовала его искреннее отношение, заботу о ней, желание помочь, защитить, стать настоящим другом. Правда, мысль о том, что их знакомство произошло на фоне череды трагических событий, немного омрачала настроение.
— Мы чудесно провели время. — Ник не сводил глаз с Элизабет. — Если бы вы знали, как давно я не гулял в парке, не любовался природой, не играл в снежки... Фантастика!
— И вчерашний вечер, несмотря ни на что, мы провели замечательно! — подхватила Элизабет, но тотчас же осеклась, вспомнив предшествующие этому обстоятельства.
Ник протянул Элизабет один из пластмассовых стаканчиков с кофе, купленных в соседнем киоске.
— Пейте, пожалуйста, и отдыхайте.
— Наверное, вы нарушаете правила, — улыбаясь, промолвила Элизабет, сделав несколько глотков горячего кофе. — Вы, детектив из отдела расследования убийств, гуляете в парке с женщиной, которая значится первым номером в вашем списке подозреваемых.
— Вы никогда не были в моем списке подозреваемых!
— Разве? А мне показалось...
— Ну, может быть, лишь первые пять минут после нашего знакомства, — улыбнулся Ник.
— Что же вас заставило вычеркнуть меня из списка?
— Когда вы стали смотреть принесенные мной фотографии, я внимательно наблюдал за вами и понял: вы никогда не бывали на месте преступления.
— И все же, согласитесь, наше знакомство и уж тем более прогулки по парку не совсем уместны при подобных обстоятельствах.
