Темное золото полностью

В ее голосе звучала потребность, — маленькая нотка, пославшая горячую волну в его кровь. Он поднял лицо к небесам, отправляя облака кружить, темнея по его команде. Подобно реву его крови, волны ударялись и разбивались о берег, окутывая утес пеной и мириадами брызг. Зловеще грохотал гром, извилистые линии молний вспыхивали среди облаков.

«Возвращайся ко мне, Эйдан».

Она искушала. Она была светом, а он — тьмой.

Молния ударила в землю, осветив песок кучей искр и языками пламени, начавшими лизать его ноги. Он чувствовал ее перемещение в своем сознании, ее рот на своей коже. Ощущение, словно она забирает боль смерти, смерти старого друга. Потеря такого большого количества его народа делала его ненормальным.

Эйдан поднял руку выше и начал собирать искры в шаровую молнию. Он поднял лицо навстречу сильному ветру. Охотник не мог понять, как Грегори это делал. Даже если бы он имел силы нанести ему поражение, то не сделал бы этого. Все же, сколько времени Грегори был вынужден охотиться на друзей? Родственников? Товарищей по детским играм? Сколько всего должно было произойти, чтобы сжечь душу, не оставив пути назад?

«Я с тобой, Эйдан».

Голос Александрии принес ветер прохлады, немного чистого воздуха, нетронутого злом.

«Твоя душа не черная. Я вижу это, когда она соприкасается с моей. То, что ты делаешь, ты совершаешь по необходимости, а не по желанию. Твой друг старается спасти себя. Если бы его душа была темной, он не остался, чтобы защитить меня. Он погнался бы за вторым вампиром ради удовольствия от убийства. Но он остался, Эйдан. А сейчас ушел, чтобы побыть одному, туда, где насилие не сможет коснуться его, и где он сможет выполнить свою клятву. Одна эта клятва должна была сказать вам многое. Он не эгоистичный вампир, даже близко не подошел к этому. Он думает о ней. Когда закончишь свою страшную задачу возвращайся ко мне. Подумай обо мне».

«Мне часто придется возвращаться к тебе с кровью на руках».

Последовало небольшое молчание. А затем он почувствовал прикосновение ее руки и был удивлен, что у нее получилось таким образом достигнуть его, ведь она не обучалась этому. Кончики ее пальцев с нежностью прошлись от подбородка вниз по шее.

«Я была в руках вампира, Эйдан. Ты забываешь, что я знаю уродство зла. Оно абсолютно не походит на тебя, не смотря на то, что ты так думаешь. Ты охотишься, потому что должен, а не от того, что тебе необходимо убивать. Возможно, те, кто когда-то превратился в вампира, и были хорошими людьми, но эти люди давно ушли. А ты и Грегори только приносите им мир».

Эйдан позволил ее словам уменьшить его горе. Он покачал головой над иронией всей этой ситуации. Он столетиями не чувствовал никаких эмоций, и вот теперь, когда Александрия вошла в его жизнь, он познал ужасное бремя — горе Охотника.

Он послал в направлении мертвого вампира огненный шар. Все его внимание сейчас сосредоточилось на задаче. Шар прошел через продырявленную грудь, и перед его глазами образовалась горстка пепла. Пристально посмотрев на прах, он направил рукой ветер. Поток пришел не с моря, а с земли, рассеивая пепел в волнах, которые отнесут его еще дальше. Эйдан шептал древнее заклинание, чтобы очистить себя так же, как и его падшего друга. Он стоял гордо и прямо, расправив плечи, а затем повернулся и отправился домой.

Он слышал шум воды и то, как Александрия выразила удовольствие, когда вошла в ванную. Он мог чувствовать ее запах, манящий его. Улыбаясь, он поднялся в воздух, чувствуя, как тот очищает его тело.

Александрия лежала в огромной мраморной ванне, ее волосы были собраны в пучок. Пузыри прикасались к ее коже, словно тысячи маленьких пальчиков. Эйдан замер в дверном проеме, его лицо было напряжено, а в глазах стояло выражение тоски и грусти, — то выражение, которое она так старалась стереть все это время.