— Дорога между мирами, милая. Пройдешь ее и сможешь загадать, что душе угодно. Например, вернуться на трон Алтанхота и править людьми, как они того заслуживают. Вернуть свою красоту. Отомстить своей сестре за унижение и матери, за то, что выбрала не тебя. Я знаю, ты сможешь, милая.
Он погладил ее по голове и шепнул на ухо:
— Надо всего лишь произнести: "Я выбираю путь". Скажи это или умри. И твоя смерть — всего лишь ступень в той лестнице, через которую Хаос выберется наружу.
Незнакомец поцеловал ее в щеку и исчез. От этого поцелуя Мёнгере передернуло, точно ей за шиворот свалился паук.
Пока они беседовали, зажглись первые звезды. И вскоре на небосклоне вспыхнула Белая Корова. Значит, здесь ее ждет лишь смерть… И выбора особого нет. Или дорога между мирами, о которой она мало что слышала, или… Мёнгере вскинула подбородок: она не сдастся. За спиной раздалось тявканье, но Мёнгере отмахнулась: кто прислушивается к словам маленькой лисички? Глядя на Белую Корову, Мёнгере сказала: "Я выбираю путь". Она не знала, что незнакомец вновь обманул — на дороге между мирами ее также подстерегала смерть.
Мир качнулся. Подоконник поплыл под ногами, звезды посыпались, как карточный домик. Неожиданно Приш увидел девушку. Или женщину? Он не мог понять: ее лицо скрывала ткань. Она стояла в странном месте: среди пустыни. Ни растительности, ни одного живого существа. Лишь обломки камней и глубокая расщелина за ее спиной. И тут изображение замигало, точно картинки накладывались одна на другую, и появился парень. Приш разглядел, что тот опирался на ствол дерева, его трясло. А потом всё разбилось на мелкие осколки, и Приш очутился в неизмеримом пространстве.
Вокруг были ночь и звезды, мириады звезд. И не понять, где верх, где низ. Приш парил в невесомости, точно был бычьим пузырем, который надули теплым воздухом от костра. Он не сразу заметил, что не один. Рядом находились парень с девушкой, которых он видел до этого. А потом возникли три двери: черная, серая и белая. Светлая ослепительно сияла; темная, наоборот, точно втягивала в себя свет. И лишь серая казалась тенью этих двоих. Почему-то Приша потянуло к ней, но внезапно раздались аплодисменты. И полет прекратился, словно образовался якорь, удерживающий на одном месте. Около них возник еще один человек, и Приш сразу его вспомнил: неизвестный с постоялого двора. Как же он про него забыл?
Тот еще раз хлопнул в ладоши и объявил:
— Все в сборе: пришелец, красавица и поэт. Игроки заняли свои места.
Незнакомец провел ладонью по лбу, убирая непослушные пряди.
— Разрешите представиться, Хранитель пути. Именно мне предстоит нелегкая задача объяснить условия.
Послышалось тявканье. Приш с удивлением увидел возле девушки лисичку.
— Хм, — недовольно произнес Хранитель пути, — а первое правило уже нарушено. Игроков должно быть трое. Хотя… Не думаю, что фенек сойдет за полноценный персонаж, поэтому пропускаю.
Приш не понимал, о чем говорит незнакомец, именующий себя Хранителем пути. А тот вел себя, точно актер на сцене, и, по мнению Приша, переигрывал.
— Итак, — продолжал Хранитель пути, — вы все изгнаны. Справедливо или нет, это неважно. Главное — вы не по собственной воле ушли из дома. Но! — незнакомец поднял указательный палец. — Вы можете вернуться. Если дойдете до начала радуги и загадаете это желание. Или другое. Всё в ваших руках.
Приш оживился: а ведь на самом деле, можно пожелать, что угодно. Даже дух захватывало от этого.
Хранитель пути перечислял:
— Одному найти свою истинную родину. Второй — получить красоту назад. Третьему — поэтический дар. Выбирать лишь вам. Надо — только — дойти — до — радуги. И всё.
Приш размечтался: можно придумать так, чтобы запихнуть в желание побольше всего. Время есть, и он что-нибудь придумает.
— Ложка дегтя, — добавил Хранитель. — Какой бы путь вас не избрал, он опасен. Да и я приму посильное участие. Не люблю, знаете ли, скучать. К тому же: вы все трое должны пройти дорогу до конца. Это обязательно. Так что всего хорошего! И пусть удача будет на вашей стороне.
Он поклонился и пропал.
Приш и другие переглянулись. А затем, не сговариваясь, шагнули к серой двери, — она не открылась. "Ну да, — подумал Приш, — наивно надеяться, что изгнанникам не достанется черная дверь". Но и та осталась запертой. И лишь белая приветливо отворилась, когда путники подошли к ней. Они шагнули, и Вселенная перевернулась.
Макушки сосен качнулись и снова заняли исходное положение. Приш огляделся — всё в норме: небо вверху, земля внизу, он находится в лесу. На удивление — сейчас ранний вечер.
— Интересно, это всё на самом деле или я брежу? — раздался голос слева.
Приш повернул голову: говорил парень. Теперь можно было его рассмотреть. Лет семнадцати-восемнадцати. Светлые волосы коротко острижены. Рост средний — ненамного выше Приша, худощавый. Только сейчас выглядит так себе: на лбу бисером выступил пот, лицо побледнело, а самого потряхивает.
— Тебе плохо? — спросил Приш.
Тот кивнул:
