Этот голос я никогда не перепутаю ни с чем. Бернардо.
– Если ты уберешь Кристиано, тем будет проще добраться до остальных. У него появилась любимая игрушка, начни с нее.
Теодоро потянулся к пистолету за поясом, я перехватила его сжавшийся кулак. Антонио вытянул ноги, продолжая наблюдать за охраной сантистов. Его поза была расслабленной, но не взгляд, контролирующий каждое шевеление.
Двое из нашей охраны подошли к Ясмине, она бесшумно поднялась, удаляясь из зала со спящей Эйми.
– Моя работа будет стоить очень дорого.
Снова голос Бернардо из колонок.
– Не переживай об этом. Ндрангета в состоянии отблагодарить за оказанную услугу.
Свет включается, я поднимаюсь с места, видя разъярённые глаза Сальваторе, направленные на Кристиано.
– Миссис Ринальди, пожалуйста, оставайтесь на месте, – мужчина в классическом костюме заслоняет мне дорогу.
Я открываю рот, чтобы отправить его прямиком в ад, но мои слова тонут в грохоте выстрелов, пронзённых отчаянными женскими криками. Глаза Розабеллы расширяются от ужаса, она инстинктивно зажимает уши ладонями. Охрана, ещё секунду назад выстроилась за спиной Сальваторе неприступной стеной, теперь безжизненно оседает на пол.
– Достаточно убедительно? – говорит Кристиано, явно насмехаясь над Сальваторе.
– Ты грязно подставил нас, Франческо! – закричал глава Бельгии. – Мы договаривались, и ты предал наше дело!
– Успокойся, Карло. Ты не более чем обычный неотесанный наследник круглого стола. Ваши отцы были гораздо компетентнее.
Я подошла к Кристиано, он перехватил мою руку, не позволяя подойти ближе.
Теодоро стал моей тенью, прикрывая сзади, и ещё несколько солдат позади него держали пистолеты наготове.
– А ты! – он указал пальцем на Кристиано. – Жаждущий мести за великую империю Ринальди женился на женщине, в которой течёт кровь врага. Так ещё и пригрел под своей крышей наследника.
Шея мужчины покраснела, вены на руках вздулись от сильного сжатия серебряных приборов.
– Подумай ещё раз, Карло, – наши взгляды встретились. – Что может произойти, если вражеская кровь захочет снова зрелищ? Кто может стать следующей жертвой? – меня оскорбляло неуважение.
– Женщина должна молчать, когда мужчины разговаривают, – предупредил Сальваторе.
– Моя жена имеет полное право говорить. И ей не требуется одобрения, – прорычал Кристиано.
– Не забывайся, – прохрипел мужчина. – Я всё ещё влиятельнее тебя.
– Кстати об этом. Сантиста не является высшим рангом в Ндрангете, если вы не забыли, – супруг обернулся к столу, где сидела семья Ямонте. – Натале, прошу, вам слово.
Пожилой мужчина поднялся с места. Молодой человек помог ему выйти к центру, поддерживая под локоть, и когда полностью убедился, встал позади.
– Изначально сантисты имели первоначальное членство в тридцать три, господа. Если я ошибаюсь, Франческо, поправь меня, – его руки тряслись.
– Всё так, мистер Ямонте, – подтвердил Барбаро.
– Так продолжалось до момента, когда число вышло за рамки. Тогда и появился высший ранг, который называется вангелиста. Верховные боссы Ндрангеты, которые напрямую взаимодействовали с политиками. Джузеппе Конделло знал, что Эмилио был тем, кто удостоился войти в ряды и стать ещё влиятельнее. Видимо, это было спусковым крючком к развязке войны, после которой численность сантиста сократилась.
Натале закончил говорить, подходя вплотную к столу, люди вокруг снова стали переглядываться. Никто не знал численности Vangelo, тем более никогда не видели их лица. Ранг был настолько секретным, скрытый от глаз и ушей не только других синдикатов, но и полиции.
В Италии таких людей было трое, не включая тех, что жили за границей. Именно поэтому Кристиано просил Патрицию о помощи. Моя бабушка тайно взаимодействовала с теневыми боссами Ндрангета. После смерти я нашла записи в её сейфе. Уверена, что Валерио не знал об этой стороне своей матери. Никто не знал.
Сальваторе, откинувшись на спинку стула, неуважительно посмотрел на Натале Ямонто. Он видел в нём лишь старика, который доживает свои дни, и вскоре его наследники разорвут друг друга за титул босса Гамильтона. Но единственное, что не учёл Сальваторе – банальное уважение.
– Однажды Ямонто покинули Санта, чтобы спрятаться в маленьком канадском городишке. Так почему я должен слушать предсмертные бредни гниющего старика?
Пуля пронзила голову Сальваторе, когда его жена подскочила на месте, громко закричав, пряча лицо в руках. Струя крови стекала из лобной части по лицу Сальваторе, Карло в ужасе замер, не решаясь взглянуть на тело.
Молодой парень, что всё время стоял позади Натале, убрал пистолет и выпрямился, как ни в чём не бывало. На его лице не читалась ни одна эмоция, строгость и безэмоциональная расчётливость.
– Власть развязала вам язык. Дерзость приветствуется только в бизнесе, в мафии вы наживаете врагов.
Натале покачнулся, разворачиваясь, направляясь к своему месту. Франческо Барбаро взял бокал вина, поднимая вверх.
– Дамы и господа, давайте выпьем же за верность! Viva!
– VIVA! – торжественно донеслось с разных концов зала, сопровождаясь звоном бокалов.