Старуха оглядела Бьянку и махнула рукой. Рядом с Бьянкой оказались одинаковые люди и безмолвно подхватили её под руки. Довольно быстро они поднесли её к руинам, оказавшимся старой церковью. Так же безмолвно они внесли её внутрь мимо уродливой старухи. Внутри в полумраке Бьянка заметила других личностей самого странного вида. Она мотала головой и жмурилась, пытаясь отогнать ужасные видения: циклопы, горбуны, одноногие уроды, женины с бородами, мужчины с рогами – все они стояли по углам церкви и плотоядно смотрели на неё, чего-то ожидая. Из всего этого паноптикума к Бьянке подошла слепая девушка с бельмами на обоих глазах. Ощупывая воздух перед собой, она остановилась около неё и потянула носом:
- Бертран, обязательно было её лишать девственности сейчас? – неожиданно низким голосом спросила она.
- Далась вам всем эта девственность, - ворча, произнёс запыхавшийся Бертран, появляясь в дверях и отряхивая платье. За ним, посмеиваясь, семенил его спутник.
- Не в невинности дело, - ответила слепая. – А в том, что у неё до сих пор идёт кровь.
- Тётя Летиция мне уже об этом сказала. Проведите её в исповедальню, и я устраню протечку. Тётушка мне поможет смешать травки.
Он махнул рукой, и безмолвные близнецы потащили Бьянку к маленькому деревянному ящику направо от входа. Прихрамывающая горбатая старуха следовала за ними. Бертран оглядел внутренность церкви, людей в ней и, удовлетворённо хмыкнув, последовал за ними.
Глава десятая
Дальнейшее Бьянка помнила смутно. В исповедальне ей развязали руки и, помассировав их, связали над головой, подвесив на крюк, неуклюже вбитый в стену. Слепая ножом отрезала юбки и сняла каркас, оставив Бьянку обнажённой снизу. В соседней исповедальне Бертран, уродливая старуха и тот, неведомый Бьянке человек, что встретил их вначале, занимались дурно пахнущими манипуляциями. Как им это удавалось в такой тесноте, Бьянка не знала.
Через некоторое время Бертран вошёл к ней, неся тампон, пропитанный какой-то жидкостью. Не слишком церемонясь, он ввёл его Бьянке между ног, несмотря на её протесты и сопротивление. Затем он связал ей ноги и гладил её живот, треугольник волос снизу и зад, доведя её снова до исступления. Не давая себе труда отвернуться, он достал свой член из штанов и онанировал в её присутствии. Дверь исповедальни, при этом, оставалась открытой, и разгорячённые уродливые морды могли видеть все его манипуляции. Некоторые из мужчин тянулись к своим штанам, а женщины сладострастно рвали на себе платья, обнажая не слишком привлекательные тела в язвах и фурункулах.
Глядя на это буйство похоти и грязи, Бьянка просто закрыла глаза и стала шёпотом молиться.
Когда вспышка сладострастия миновала, Бьянку сняли с крюка, раздели до конца и унесли вглубь церкви, в маленькую тёмную комнату. Там её обмыли, а Бертран смазал ей синяки сероватой вязкой мазью и вправил плечо, пострадавшее при падении в овраг. Затем, не оставив ни свечи, ни воды, Бьянку оставили одну. Голодная и замёрзшая, она погрузилась в тяжёлый сон.
- Через час я сменю ей тампон, - произнёс Бертран старухе, прислушиваясь к неровному дыханию Бьянки за дверью.
- Не проснётся?
- Не сможет. Я в тампон добавил некоей травы, от которой она проспит, как колода, часа три .так что, к ритуалу можно будет приступить уже завтра.
- Ты уверен? Она же была девственницей – её влагалище ещё не разработано.
- Вот и разработается, - грубо сказал Бертран, отходя от двери. – Если снова потечёт кровь – будем ставить тампоны. Нам от неё ребёнок нужен. А сама она может хоть сдохнуть, пусть только сначала зачнёт и родит.
Старуха ухмыльнулась и захромала за Бертраном.
Сквозь наваливающийся сон прислушиваясь к удаляющимся шагам, Бьянка впала в какое-то оцепенение. Вся её жизнь в одночасье кончилась. Если раньше у неё была надежда, что всеобщее помешательство, вызванное трудностями жизни, может закончиться, что, несмотря на казнь короля и ушедшую к чертям королевскую власть, мудрый правитель придёт в страну, что, в конце концов, и её жизнь войдёт хоть в какое-то спокойное русло – теперь она поняла, что это конец. Она станет матерью какого-нибудь урода из семьи, проклятой несколько столетий назад. То, чего она страшилась, отказавшись в нежном возрасте от семьи, то, что она провидела в своих снах, сбывается. Бог весть как, но они нашли её. Хотя… Бьянка вспомнила, что в её роду все умели читать мысли друг друга. Кто лучше, кто хуже, но умели. Особо одарённые могли даже чувствовать друг друга. Она и сама чувствовала…
Мысли Бьянки стали путаться. Потеря крови и лекарственные опыты Бертрана наконец погрузили ее в забытье.
Глава одиннадцатая
Манипуляций со сменой тампонов Бьянка не ощутила. Сколько прошло времени, когда она очнулась, она не знала. Только, открыв глаза, она решила, что ослепла – такая стояла тьма вокруг. Ощупав себя, Бьянка поняла, что она не связана и лежит на соломенном тюфяке.
- Наконец ты проснулась, - раздался женский голос.
- Кто тут? – испуганно сжавшись, спросила Бьянка.
- Моё имя тебе всё равно ничего не скажет. Мне же надо подготовить тебя к ритуалу.
