Марк помог Еве подняться и призванным мечом разрезал веревки. Девушка не успела отойти от шока. Она задумчиво растирала запястья и не могла оторвать глаз от красных полос на коже.
— Ева?
Девушка слышала его голос словно через толщу воды.
— Я тебя напугал… Ева, я знал, что Виктор шел за мной.
Когда он обнял его, то вместо теплых объятий, она ощутила морозные покалывания.
— Я замерзла.
Марк отпустил ее.
— Виктор!
Нефилим подошел, стуча посохом об асфальт.
— Нам надо завалиться в чью-нибудь квартиру.
— Бессмерть сама себя согреть может.
Он осмотрелся. Они стояли посередине дороги, но машины мимо не проезжали. Только дождь шумел, перебивая самого себя.
— Она не умеет.
— Учить надо было, Марк! Чем вы вообще занимались?
Виктор достал телефон и принялся кому-то звонить. Марк тем временем отрастил крылья. Подхватив Еву, он взмыл с ней к небу и, перелетев канал, направился к ближайшему жилому дому.
Они приземлились у подъезда четырехэтажного старого здания. Маленькие балкончики, казалось, вот-вот собирались рухнуть на головы проходящим вдоль улицы прохожим, а штукатурка вовсе держалась на честном слове. Но зато в доме был домофон.
— Ты знаешь пароль? — спросила Ева, клацая от холода зубами.
— Виктор знает, — улыбнулся Марк.
Вскоре их догнал Виктор. Спускаясь на землю и плавно размахивая четырьмя крыльями, он излучал свет, словно небесное явление. Благодать посланника коснулась и Евы. Но вместо радости она испытала тоску. Марк опять прижал ее к себе. Девушка задрожала.
— Хватит выпендриваться! — рассердился Марк.
Виктор не повел и бровью. Он коснулся посохом двери. Домофон пискнул, дав сигнал, что пришедшие могли зайти. Марк первым вошел в подъезд и потянул Еву за собой.
— Какой этаж?
— Второй. Квартира слева. Там живет пожилая пара.
В подъезде сильно пахло кошками и сигаретами.
— Я что, у бабульки заберу одежду для Евы?
— Ты можешь не перебивать? Раньше с ними жила дочь. Нужные вещи найдешь в спальне.
На лестничном пролете Ева задела какой-то предмет. Стеклянная бутылка, выплескивая остатки пенного напитка, покатилась по полу, а потом и по бетонным ступенькам со звоном. Девушке показалось, что шум получился таким громким, что кто-нибудь из соседей должен был выйти и наорать на них.
— Здесь хороший район, — с усмешкой произнес Марк. — Люди не устраивают разборок, а сразу устраняют проблемный субъект путем размещения отвертки под ребро.
— Попал в привычные места, — процедил Виктор.
— С низшими демонами было проще. Они о честности больше знали, чем твои недоаристократы.
— Людям часто не хватает порядочности, а ты о демонах говоришь.
На втором этаже Марк толкнул дверь указанной квартиры, но та оказалась закрыта.
— Ты же не думал, что нас будут ждать, — произнес Виктор и коснулся ее посохом.
Щелкнули замки. Марк повернул ручку и они зашли.
В заставленном тумбочками, коробками и шкафом коридоре слышалась болтовня телевизора. Хозяева были дома, хоть звуков не подавали. Ева не горела желанием с ними столкнуться, но Марк подтолкнул ее.
— Не бойся.
— Тебе хорошо говорить, ты бессмертный.
— Они не нападут, — с улыбкой заверил он.
Но Ева шла осторожно, стараясь не шуметь. Протиснувшись между стариковским хламом, она заглянула в зал и с визгом метнулась обратно, столкнув Марка. Он устоял, однако задел рукой Виктора. Тот отпрянул и снес собой коробки, которые оказались не закрыты. Из них с лязгом высыпалась кухонная утварь.
Сердце у Евы замерло. Виктор тяжело вздохнул.
— Я убирать не буду, — произнес он и прошел дальше, в зал.
— Ты чего так испугалась? — спросил Марк, поднимая с пола старый дуршлаг и разглядывая его.
— Они там.
— Кто?
— Хозяева!
— И что?
Ева с тревогой посмотрела в проход следующей комнаты, но ругань не слышалась.
— Вы знакомы с хозяевами?
— Нет. Пошли. Или тебе уже не холодно?
Марк закинул посудину на шкаф и тоже ушел в зал. Все еще сомневаясь, Ева последовала за ним.
Девушка вновь столкнулась с неприятным взглядом старика. Он сидел за овальным столом, готовясь к обеду. В руке мужчина держал рюмку и недовольно смотрел вперед себя. Но увидев рядом с ним ворчавшую жену, Ева поняла настроения старичка. Она не позволяла ему выпить, а он уже приготовился продезинфицировать организм. Борщ в тарелках дымился. Чеснок с черным хлебом издавали невероятные запахи. Но оба старика замерли, хотя мир вокруг них продолжал жить.
Из соседней комнаты вывалился Марк с грудой одежды и бросил на диван.
— Раздевайся.
— Перед ними?
— Они все равно… Эх, Виктор!
Он вышел из той же спальни, держа в руках старомодные сапоги с длинным носом.
— Чего?
— Ева деда стесняется. Можешь ему глаза закрыть?
— Нет! Я лучше на кухне переоденусь!
— Так они все равно ничего не видят.
Девушка начала собирать вещи, чтобы уйти с ними в другую комнату.
— Малыш, ты сейчас и эту одежду намочишь…
— Ева, я впервые согласен с Марком. Прекрати. Мы только тратим время.
Но она не слушала.
— Остановись.
И девушка застыла. Вещи упали с ее рук обратно на диван.
— Что за… — хотела она начать ругаться.
— Я до Мирона не могу дозвониться. Родион тоже молчит. Оба не отзываются. Быстро переодевай и выдвигаемся. Я пока еще обувь поищу.