Если бы кто-то сказал в тот день, что ей тринадцать лет придется носить эту фамилию, быть Кроновой, — Кристина Королёва рассмеялась бы звонко и весело, как умеют смеяться девушки на двадцать первом году жизни.
2.
Банк — не «Техстройпром», другой, Михаил не любил складывать все яйца в одну корзину — находился в Кузнечном переулке, в небольшом и уютном двухэтажном доме, целиком занимая здание. Центр, место достаточно многолюдное, но публика совсем не та, что в двух шагах отсюда, на Невском; нет досужих туристов — рядом рынок, и в переулке снуют покупатели и смуглые разноязыкие продавцы.
Припарковаться пришлось в отдалении. Денис, совмещавший обязанности водителя и охранника, проводил Кристину до дверей банка, но внутрь не зашел, остался на улице, закурил...
Она не пошла налево, в оперзал для физических лиц, поднялась — по шикарной парадной лестнице, широкой, мраморной, — наверх, на второй этаж. Там находились кабинеты руководства филиала, а чуть дальше по коридору — зал для юридических лиц. Кристина наверху не задержалась, прошла на другую лестницу, узенькую, тесную, — и спустилась по ней на подвальный этаж. Только так, через второй этаж, здесь и попадали в подвал. Было ли это сделано специально, для пущей безопасности банковского хранилища, или же просто не стали переделывать прежнюю неудобную планировку, Кристина не знала.
В зал с ячейками сразу попасть не удалось, кто-то там уже был, а сразу двоим клиентам находиться возле сейфовых ячеек запрещали правила. Пришлось ждать. Недолго, минут десять, — но тянулись они как десять часов, десять лет, десять жизней... Двое суток, минувших после того, как Кристина увидела цифры в графе «Кредит», прошли не так тягостно. Все таки она что-то делала, чем-то могла занять и отвлечь себя, а сейчас стояла, тупо уставившись в стену и мысль в голове билась одна: да или нет?
Томительное ожидание завершилось, безупречно вежливый молодой человек провел Кристину в хранилище, отпер своим ключом замок на дверце ячейки, после чего удалился.
Она осталась в одиночестве. Низкий потолок нависал, давил. Шаги уходившего банковского служащего отдавались громким эхом. В спину пялился немигающий глаз видеокамеры.
Этот момент ее всегда угнетал — одна под землей, в леденящей тишине, перед стеной из нержавеющей стали; дверцы ячеек, выстроившиеся несколькими рядами, отчего-то напоминали ей о морге, о его многоместной холодильной камере... Черт знает почему родилась и закрепилась такая ассоциация, — может, из голливудских фильмов? В морге Кристина была единственный раз, перед похоронами отца. И, разумеется, в заведении при районной больнице не имелось в те годы заморской холодильной техники.
Она помедлила секунду-другую, затем шагнула к ячейке, достала свой ключ, от второго замка. Щелк, щелк... Затем набрала код на внутренней дверце... Готово, можно открывать недра секретного хранилища.
Но Кристина не спешила, достала из сумочки футляр с серьгами — сегодняшний визит был идеально замотивирован: забрала из починки дорогое украшение, которое хранить дома нет никакого резона.
Других предлогов для затягивания времени не нашлось. Надо или открыто и честно признаться самой себе: она боится сменить томительную неизвестность на жестокое разочарование, или...
Кристина потянула дверцу. Ячейка открылась.
Прозрачная папка с застежкой-кнопкой лежала справа, у самой стенки. Вернее, стояла, прислоненная к ней. Сквозь пластик было видно, что внутри нетолстая пачечка каких-то распечатанных на принтере документов, и верхний из них — либо накладная, либо счет-фактура, Кристина не приглядывалась, документы ее не интересовали абсолютно. Интересовал значок, начертанный маркером в углу папки.
Глаза неожиданно заслезились. Она видела, что значок есть, но не могла его разглядеть.
Смахнула слезы, наклонилась к ячейке. И показалось, что в хранилище грянул взрыв! Не замуровавший, не похоронивший Кристину под развалинами здания банка, — наоборот, зашвырнувший ее высоко-высоко, не то в райские сферы, не то в космическое пространство... Скорее все же в космос: тело стало невесомым, воздуха не хватало, воздух куда-то исчез, подевался из подземного банковского хранилища.
Причина взрыва выглядела заурядно: в углу папочки красовалась надпись: «№2», обведенная в кружочек.
Чудо-юдо рыба-кит не оборвала леску, не сорвалась с крючка. Устало покачивается на волнах возле самого берега... Но вытащить добычу таких размеров — задача не из легких.
Однако Кристина не сомневалось: теперь у нее все получится.
Серьги в ячейку она не положила. Наоборот, забрала остальные драгоценности, хранившиеся в банке. Все, до последнего колечка. Ссыпала в сумочку, оставив футляры и коробочки в сейфе и даже разложив их в прежнем порядке. Для беглого взгляда все в порядке: документы на месте, семейные драгоценности на месте.
А когда придет время взглядов внимательных, она будет уже далеко...
3.
Как выяснилось, процесс был обоюдным: Михаил тоже к ней присматривался. И не только как к новому сотруднику...
