Его брат долгое время встречался с девушкой. Отец Альбины Евсеевой — так зовут девушку — предприниматель, соучредитель крупной фирмы, занимающейся производством абразивных материалов. Алексей после окончания института устроился обычным инженером в некое конструкторское бюро. С Альбиной у него была безумная любовь. Её родители благосклонно относились к их отношениям. Алексей им нравился, его хорошо принимали. Ему даже выписали доверенность на машину, которую отец Альбины подарил дочери. Их отпускали вдвоём на юг. Алексей часто ночевал у неё дома. Дело шло к свадьбе. И вот, в какой-то момент что-то сломалось. Альбина стала прохладно к нему относиться. Они стали реже видеться. Любовные отношения прекратились. Алексей пытался выяснить, что происходит, но она отмалчивалась. А однажды куда-то уехала. Он пытался узнать у её отца, куда, но тот лишь отводил глаза. Потом она вернулась. Алексей позвонил ей, но Альбина не подошла к телефону. Отец её ответил так: приезжай, Лёша, и разговаривай с ней сам!
Евсеевы жили в пригороде Волжского, в частном доме, недалеко от реки Ахтубы. Когда он к ним приехал, отец Альбины сказал, что она пошла на речку. Алексей направился туда, и обнаружил её сидящей на берегу. Он бросился к ней с расспросами, пытался обнять её и поцеловать, но она от него отстранилась. Вот что она рассказала.
Некоторое время назад она познакомилась с одним мужчиной. Семён — так его звали — был намного старше её. Это был взрослый, самостоятельный, состоявшийся уже человек. Она польстилась на красивую жизнь, материальное благополучие? Нет, у неё и так всё есть. Он обещал её любить осознанной любовью зрелого мужчины? Нет, он ничего не обещал. Сказал, что она вольна делать всё, что хочет — встречаться с кем-то еще, и может освободиться, как только пожелает. Она влюбилась без памяти и требовала от него того же самого — чтобы он принадлежал ей без остатка. Он повёз её на юг. Там они провели две недели. Это были действительно незабываемые дни. Она поняла, что Семён — мужчина её мечты. Взрослый, сильный, с правильной системой ценностей, со своим мировоззрением.
… Сказка кончилась. Семён посадил её на поезд и отправил в Волгоград. Сказал, что им пора расстаться. Объяснил, что не хочет портить ей жизнь. У него своя судьба, свои сложности, и он не хочет, чтобы его неприятности отравили её существование. Она сказала, что готова разделить его трудности, что они легко преодолеют все невзгоды, потому что будут вместе. Но он уже принял решение. Так они расстались.
Выслушав, Алексей стал умолять её остаться с ним. Он готов был ей всё простить, лишь бы она вернулась к нему. Но Альбина была непреклонна. Семён затмил ей весь мир. Обратно нет пути.
Алексей оставил Альбину на берегу и вернулся в дом. Там он уговаривал её отца, чтобы тот убедил Альбину передумать. Несостоявшийся тесть лишь грустно покачал головой: мол, пытался уже. Они вместе с матерью еще до поездки на юг упрашивали Альбину не сходить с ума — знали, чем это может кончиться. К тому же мутный это тип — Семён. Обеспеченный, но непонятно, чем занимается. Бесполезно. Она была как одержимая. Пока была на море, они волновались, звонили постоянно в номер, проверяли, всё ли в порядке. И они — отец с матерью — рады, что хоть благополучно вернулась домой.
Артур и Наталья Михайловна, их с Алексеем мать, считают, что всё к лучшему. Они с самого начала думали, что нехорошее это дело — быть в примаках. И неважно, как тесть с тёщей к тебе относятся. Вот когда ты сам обеспечиваешь семью — это другое дело.
— Ничего, брат, — сказал Артур, опрокинув стопку. — Найдём тебе бабу — без п…ды, но работящую!
И громко расхохотался. Потом вдруг стал серьёзным.
— Вовок, а ты сможешь разобраться во всех этих грёбаных бумагах? Я приведу тебя на фирму, представлю родственником, потребую всю документацию?
— Всё это ерунда, — скривился Владимир. — Он включит дурака, и вывернется. И я не шарю в документах. Работаю чисто без бумаг. Нет документов — нет проблем.
— Пускай не шаришь, но ты сделай умный вид, просмотри все бумаги.
— Что это даст?
Лицо Артура стало жестким.
— А то, что я ему верю, как самому себе. Мне, сука, трудно понять, где он брешет, а где нет! Ты — посторонний, тебе со стороны будет видно… если он заврётся.
И он разлил по новой. Поднял рюмку, потом с силой поставил её на стол, так, что расплескал половину.
— Неужели он, сука, меня обманывает?! Я же сделал ему всё.
Владимир улыбнулся:
— Оказанная услуга уже ничего не стоит.
Она лежала на мокрой гальке, и прозрачные струи набегавшей волны омывали её, лаская разомлевшее тело.
— Ты чего стоишь такой, как истукан? — спросила она, приподнявшись на локте. — Иди ко мне.
На рейде стояли две яхты. Андрей смотрел на них, представляя себе беззаботную жизнь на паруснике, который никуда не спешит. Тропические острова, ослепительно белый песок, склонившиеся над водой пальмы. И Она рядом с ним. Какой-то яхто-бред.
Он перевел на неё свой мечтательный взгляд. На её запястье блеснула цепь с крестом, надетая как браслет.
— Пойдем поплаваем, — сказал Андрей.
