Бледный, как привидение, с трясущимися руками, наблюдал Моничев за совещавшимися. Тарас, с глазами ангела, слетевшего с картины «Страшный суд», и с желчностью человека, познавшего ад на земле, выговаривал Артуру, что легко рассуждать «за понятия», будучи при деньгах. А ему, простому опричнику, не пристало разбрасываться возможностями позолотить ручку. Разгорелся спор. Братья Ансимовы, и с ними Владимир, доказывали, что нужно взять только то, что Моничев должен своему компаньону, так как неизвестно, что за «крыша» у хозяев этих денег – может быть, сам Каданников. Иван, Сергей, и Тарас настаивали на том, что такой шанс бывает раз в жизни, и им уже босс не босс, когда перед глазами столько денег. Такую зарплату Каданников им за всю жизнь не выплатит! А то, что земля очистится от шестерых… ну… от десяти тяжелых людей – беды большой не будет.
– Понимаю – у нас тут не слёт ангелов, – сказал Владимир убеждённо, – все мы в какой-то степени заинтересованы помочить клювики. Согласен, что не следует оставлять лишнюю тяжесть на плечах тупоголовых – сами напросились. Но прикиньте писюль к носу – куда вы побежите с этими деньгами, и дотянутся ли до туда щупальца «офиса».
– Снимет Каданников голову, а это для опричника губительно, – добавил Алексей, дёргая Сергея за чуб. – Голова, хоть и пустая, но всё-таки нужна для жизни.
– Чё мы тут вихляемся, я не понял? – вмешался Сергей. – Давайте у козла за крышу спросим.
И все повернулись в сторону Моничева. Под этими взглядами – насмешливыми, свирепыми, глумливыми – гендиректор поёжился и сильнее забился в угол. Тарас подошёл к нему, и, присев на корточки, спросил:
– Ты чего такой грязный? Тоже мне, директор, – сидишь, как кот помойный.
Обернувшись, он спросил:
– За какую фирму шёл базар?
– «Три-Эн», – ответило сразу несколько голосов.
Тарас повернулся обратно к Моничеву:
– Слыхал, гумозник?!
– Что-то слышал про «желтяк». Кто-то из областного УВД. Кажется, ОБЭП…
– Но точно не мы? – пробасил Иван. – В смысле… не «офис»?
– Точно, – подтвердил гендиректор.
Тарас, Иван, и Сергей, награждая Артура красноречивыми взглядами, стали приближаться к раскрытой двери сейфа. Владимир, бросая в сторону мешков с деньгами вожделенные взгляды, высказал мысль, что милицейская «крыша» – тоже серьёзное дело, два «офиса» всегда дружили. Поэтому надо принять в какой-то степени промежуточное решение: все деньги не брать, а взять, допустим… половину.
Послышалась новая буря протестующих выкриков. Все говорили громко, каждый хотел, чтобы слушали только его, и при этом старался придвинуться к сейфу хоть на длину мизинца. «Офисные» работники кричали, что им всё равно на ментов, а с Каданиковым они, в случае чего, сами договорятся. Пусть он по-прежнему дружит с УВД, но щедрое подношение… скажем, одна треть мешка… этой дружбы не испортит.
Бросив кровожадный взгляд на Моничева, Иван выкрикнул:
– Всё, пацаны, решаем вопрос по беспределу, и валим отсюда!
– Берём тити-мити и валим на Таити, – съязвил Алексей. – Мальчик фильмов насмотрелся.
Снова разговор принял бурный характер. Пререкания грозили перейти в свалку. Артур почти не говорил, напряженно обдумывая что-то. Затем ворвался в разговор, как волк в овчарню:
– Вот вы дятлы, только долбить умеете! Ни одного умного слова, долбёж один стоит!
Все притихли, и даже невольно отстранились от сейфа.
– Фишку кладём так, – в наступившей тишине продолжил Артур, – я забираю своё плюс… скажем, тридцать процентов. Вовок… на сколько там потянут твои акции?… Брат…
Он посмотрел на Алексея.
– Тут больше шести миллиардов рублей, – тихо сказал Владимир.
– Брат тоже немного клювик помочит.
Артур придвинулся к сейфу.
– Мы забираем воздух и удаляемся. Вы – после нас. За свою мотю чальтесь сами.
– Базара нет, – склонил голову Тарас, – ты здесь держишь мазу.
Артур поднял правую руку с вытянутым указательным пальцем:
– Мойше и остальным олухам прочитаете молитву!
Иван снял пистолет с предохранителя.
– О-о! Чтецы здесь собрались ояебу!
Вытащив один мешок, Артур оттащил его в сторону. Владимир с Алексеем принялись перекладывать пачки денег в два рюкзака. «Офисные» работники с нетерпением поглядывали то на них, то на оставшиеся два мешка денег. Выглянув в зал, Артур крикнул Борису, чтобы закрыл ворота, и оставил открытой одну только дверь.
– Мы готовы, – сказал Владимир, бросая выразительные взгляды на мешок, в котором ещё что-то оставалось.
– Нет, Вовок, – твёрдо сказал Артур, возвращая на место мешок.
– Покедова, мафия, погнали наши городских. Уходя, гасите всех!
Тарас и Сергей уже набивали деньгами свои сумки. Иван махнул рукой Артуру, и присоединился к своим товарищам.
Артур шёл впереди по узкому проходу между стеллажами, следом за ним – Владимир с Алексеем. С улицы доносились раскаты грома.
– Двигаем поршнями, ребята, гроза надвигается.
До выхода оставалось меньше десяти метров, когда Борис с грохотом закрыл входную дверь и задвинул засов:
– Мусора! На трех машинах!
Послышался вой сирен, шум громкоговорителя. Лающий голос предлагал «по-хорошему» открыть ворота.
