Вот она, самоотверженная работа! Недосыпы, переработки, постоянные задержки. Жалобы Вики на хроническое невнимание. Вот её цветущий вид после «поездки к родителям». Вот сообщения «доброжелателей», видевших Вику в компании симпатичного блондина. Ах, Разгон, каков мерзавец! Жулик, аферист, в карманах которого всегда водятся лишние деньги; не пренебрегающий утренними пробежками и тренировками в спортзале.
И, в ярости, следователь прокуратуры отшвырнул блокнот. Всё! Он упрячет за решётку самонадеянного донжуана!
Двадцатиминутное ожидание, и шлагбаум, наконец, открылся. Иосиф Григорьевич не любил эти бесполезные траты времени, препятствующие движению вперед. Еще десять минут, и служебная «Волга» въехала в рабочий посёлок Гумрак. Следуя за машиной сопровождения, пыльными улицами доехали до огороженного кирпичным забором участка. А еще через несколько минут Паперно, успевший обежать предприятие, вернулся и доложил:
– Все на месте. Пойдёмте, провожу.
Иосиф Григорьевич вышел из машины, и вместе с заместителем, миновав ворота, направился к продолговатому двухэтажному зданию. Поднявшись на второй этаж, они прошли через приемную, и оказались в просторном директорском кабинете. Двое мужчин и женщина встретили их. С удовлетворением отметив их растерянный вид, Иосиф Григорьевич, глядя на сидевшего за директорским столом мужчину, спросил у Павла Ильича:
– Ты уже… всё осмотрел тут?
– Оборудование, танки, бензовозы… – ответил Павел Ильич. – Обычная нефтебаза, Иосиф Григорьевич.
«Только без обычных, полагающихся для нефтебазы, документов», – подумал про себя Давиденко.
На этот подпольный нефтеперерабатывающий завод вышли сотрудники следственного управления Следственного комитета при прокуратуре области в ходе расследования уголовного дела по факту сбыта некачественного топлива на одной из автозаправок. Следователь следственного управления проделал необходимую работу, а материал в отношении подпольного завода передал в ОБЭП для проведения полной проверки и принятия решения.
– Итак, Борис Иванович, – генеральским голосом загремел полковник Давиденко, обращаясь к тому, в ком угадал директора, – коль скоро гора пришла к Магомету, то и разговор должен получиться магометанский, горский, доверительный…
Присутствовавшие переглянулись, и через полминуты в кабинете остались двое – директор и начальник ОБЭП. Иосиф Григорьевич пристально всматривался в лицо собеседника.
– Что ж это вы, Борис Иванович, не соблюдаете правила лицензирования? Где ваша гражданская совесть? Знаете ведь, что полагается иметь кооперативу, наподобие вашего, для того, чтобы начать переработку углеводородов.
– Так ведь, Иосиф Григорьевич…
– Так ведь не положено так действовать. Это статья, и не в газете, а в УК! Прокуратура вами заинтересовалась, люди в курсе… Дело должно быть доведено до логического конца.
Директор рассыпался в извинениях, которые Иосиф Григорьевич выслушал с мефистофельской улыбкой. Затем Борис Иванович стал что-то говорить про чиновничий произвол, и про то, что «в этой стране невозможно работать по закону». И это тоже было выслушано с улыбкой, и долженствующим вниманием.
– Да всё понятно, все так говорят, – перебил Давиденко. – С какими АЗС работаете?
Директор стал перечислять. Не услышав то, что хотел – названия заправок, принадлежащих фирме «Бизнес-Плюс», – Иосиф Григорьевич спросил:
– Вы хотите сказать, что работаете сами: закупаете сырье в Саратове, хотя я уверен, что здесь у нас, на «Лукойле», гоните продукцию, и продаёте местным, и неместным автозаправкам и другим предприятиям?!
Выяснилось, что именно так и обстоят дела. Ни под кем он не сидит, этот директор нефтебазы, сам по себе шурупит потихоньку. А для «урегулирования вопроса» Борис Иванович предложил «обмозговать сумму премиальных» для сотрудников ОБЭП, не поленившихся приехать сюда, в пригород.
– Надеетесь, что гора разродится мышью? – усмехнулся Иосиф Григорьевич. – Напрасно, не тот я человек.
«Откуда столько самостоятельных пиндосов?!» – подумал он при этом.
И, буравя помрачневшее лицо директора, добавил:
– Помогу я вам, хоть не в моих это правилах – протягивать руку помощи нарушителям закона. Есть покупатель на ваше хозяйство, хорошую цену предлагает.
И он написал на клочке бумаги цифру.
Приподнявшись со своего места, чтобы посмотреть, директор, увидев эту цифру, безвольно опустился в кресло. Одной рукой он держал авторучку, судорожно взятую со стола, другой вытирал платком пот, выступивший на груди. Рубашка его была расстегнута, из раскрытого ворота выступали тяжёлые жировые складки у основания шеи, достигнутые уже багровыми пятнами, секунду назад появившимися на лице. Преодолевая одышку, он ответил с неторопливостью полного человека, который не только умом, но всем телом понимает, что волноваться ему нельзя:
– Сюда столько денег инвестировано! Моих, личных денег! Капитальные затраты, знаете, сколько всё это стоит?! Земля, оборудование, строительство… Если уж на то пошло, оценщиков надо пригласить. По науке, по закону просчитать!
