В кабинет вошел Павел Ильич Паперно, старинный друг новоиспеченного начальника ОБЭП, а теперь еще и зам. Несмотря на небольшую разницу в возрасте и долгую дружбу, он называл Давиденко по имени-отчеству. Так получилось, что Паперно был всегда в подчинении у Давиденко. Войдя, он сразу изогнулся:
– На вашем столе всегда идеальный порядок.
Подобострастный намек на то, что у прежнего хозяина кабинета стол был вечно завален бумагами.
Иосиф Григорьевич вынул из тумбочки копии учредительных документов фирмы «Бизнес-Плюс» и начал их листать.
– Тут трое учредителей: Кондауров, Ефремов, и Усачев.
– Уже двое, – улыбнулся Паперно.
– Про Ефремова я знаю – это племянник Каданникова, а кто такой Усачев?
– Это родственник Солодовникова.
Иосиф Григорьевич задумался. Смерть Кондаурова также не входила в его планы, и в отношении этого события он еще не определился, как его можно обернуть в свою пользу. Кондауров был единственным из трех учредителей «Бизнес-Плюса», кто имел уголовное прошлое. Да и настоящее – пока был жив. Несмотря на то, что легализовался, стал заниматься законным бизнесом, у правоохранительных органов к нему было много вопросов. И, в отличие от остальных хозяев ООО «Бизнес-Плюс», не был дружен с начальниками силовых структур, держался особняком. Двое его официальных соучредителей – добропорядочные граждане, и, хоть они реально не участвовали в разделе прибыли фирмы, с точки зрения закона к ним не подкопаться.
– Наследники у Кондаурова есть? – спросил Иосиф Григорьевич.
– Жена и двое детей.
– Все не то. Даже если она войдет в состав учредителей, это делу не поможет. Кондауровых придется забыть.
– Не войдет, – покачал головой Павел Ильич. – Есть информация, что ей дали отступные.
– Много?
– Это неизвестно. Знаю только, что в деньгах она нуждается. В день похорон кто-то залез в их общую с мужем банковскую ячейку и похитил деньги.
– Много?
И снова Паперно признался, что не в курсе, и в милицию никто не заявлял. И даже об охраннике, пропавшем в тот день, никто не беспокоится – кроме «безопасников» и Солодовникова, друга семьи Кондауровых. Он иногородний, и родственникам, по-видимому, еще не сообщили о его пропаже. Формально ничего пока не произошло. Кроме того, что в службе безопасности банка появилась вакантная должность.
– Если мы его поищем, и нам повезёт больше, чем Солодовникову, – задумчиво проговорил Иосиф Григорьевич, – что нам это даст?
– Разложившихся трупов я вдоволь насмотрелся. Удовольствие ниже среднего.
Иосиф Григорьевич стал рассуждать – больше для самого себя, нежели в расчете на то, что услышит совет от заместителя.
– «Бизнес-Плюс» налоги платит, в махинациях не замешан. То, что деньги на покупку земли и оборудования добыты преступным путем, это мы не докажем. И дружбу Каданникова с зампрокурора пока никто не отменял.
– Раздружатся. Если кто-то не встречал людей, неспособных на дружбу, я бы советовал им сходить к заместителю прокурора.
– Да всё понятно, тот ещё изверг. Но сейчас они условно дружат, нет ни малейшего повода для ссоры. И учредители «Бизнес-Плюса» ведут себя прилично – и официальные, и неофициальные. Вот если бы кто-нибудь кого-нибудь убил… Тот пиндос, что стрелял в Кондаурова, его ведь кто-то подослал? Как бы это сейчас узнать?
– Убито пятнадцать человек. Оганесян погиб вместе с семьей. В ответ его люди расстреляли пятерых «офисных» в ресторане «Рассвет». «Офисные» расстреляли троих оганесяновских в «Закате». Те утрамбовали…
– Много трупов из ничего, – перебил его Давиденко. – От рассвета до заката. Будем посмотреть, как нам тут сыграть, когда дело дойдёт до логического конца. Тех, кого взяли по этому делу, ни в чем не признались. Крепкие ребята. Говорят, что стрелялись из-за взаимного неуважения. Не сошлись характерами, и все тут. Тесно им на одной земле. Ну и стали друг другу показывать дорогу в облака.
Грустно вздохнув, Иосиф Григорьевич продолжил свои рассуждения.
– Когда ясна цель поисков, проще искать виноватых. Если нельзя предъявить учредителям «Бизнес-Плюса» обвинение в вымогательстве, или чем они там промышляют, значит, должно быть громкое убийство. Такое, чтобы вызвало резонанс и дошло до Москвы. Тогда зампрокурора подтянут и заставят должным образом отреагировать. И я, со своей стороны, тоже смогу донести до его слуха некоторые сведения, касающиеся Каданникова.
Помолчав, он добавил:
– Раньше у меня таких возможностей не было – не тот был уровень.
– А Кондауров – чем не громкое убийство? У его соучредителей был прямой мотив к этому. Не думаю, что они по-честному рассчитались с вдовой.
