Темные Небеса полностью

На самом деле, Ланте была удивлена, что Сабина до сих пор не нашла ее. Это всегда имело значение в прошлом. Они никогда не были порознь так долго…

Глаза Ланте расширились. Со своей высоты, она заметила Кэрроу, Руби и мужа Кэрроу вемона Малкома Слейна. Хотя вампиро-демон был одним из самых смертоносных, воплощающих в жизнь ночных кошмаров, существ в Ллоре, он, казалось, вел ведьм в безопасность.

Думаю, он не решился убить Кэрроу.

Сердце Ланте подпрыгнуло, увидев, что они в безопасности, она набрала в легкие воздуха, собираясь позвать их, но Тронос мозолистой рукой зажал ей рот.

Она в ответ ударила его ботинком, борясь с ним; но он, почти не прилагая усилий, продолжал удерживать ее. Дождавшись, когда Кэрроу окажется вне досягаемости, он отпустил Ланте.

— Они будут беспокоиться обо мне! — Напрягая зрение, Чародейка старалась держать ведьм в зоне видимости.

— Отлично. Если ведьма настолько глупа, чтобы заботиться о ком-то, вроде тебя, она заслуживает страданий.

О ком-то, вроде меня.

— Это ты из личного опыта? — Ланте обернулась к нему и ее глаза оказались на уровне его груди. Влажное полотно рубашки плотно облегало его мускулистую грудь, обозначая намеки на шрамы.

Почему я никогда не замечала, что у него такие накачанные мышцы? Наверное, потому что каждый раз при встрече, опасалась за свою жизнь.

Задрав голову, Ланте рассматривала шрамы, покрывающие его лицо. Все они появились из-за меня. Глубокий шрам вдоль точеной линии подбородка, четыре коротких пореза, на подобии кельтской боевой раскраски, по диагонали пересекали его щеки.

После вступления в бессмертие, эти отметины по большей части становились неизменными. Хотя он мог приобрести у лореанских ведьм заклинание гламура и скрыть эти отметины, избавиться от них он не сможет уже никогда.

Несмотря на шрамы, женщины до сих пор нашли бы его привлекательным. Даже очень.

— На что ты смотришь? — огрызнулся Тронос, стараясь казаться спокойным под её пристальным взглядом. Хотя выглядел он при этом весьма смущенно.

— На моего извечного врага.

Она потратила много лет на беспрестанное бегство от Врекенеров. А сейчас оказалась поймана в ловушку объектом своего страха. Что не помогало справиться с её врекенерским ПТСР[3].

Рано или поздно она все равно сбежит; она всегда так делала.

А потом он снова придет за ней снова, как он всегда и делает.

— Хорошо, Тронос, ты поймал меня. Что дальше?

Ей показалось, что она увидела проблеск потрясения в его глазах, словно он до сих пор не мог поверить в свой успех за столь длительное время.

— Сейчас я собираюсь вытащить нас с этого острова.

— Как? Это место находится за тысячи миль от земли, и окружено, кишащей акулами, водой. — Люди подготовились к возможности бегства бессмертных. Ну, подготовились ко всему, кроме действительно раздраженной Ла Дорады. — Ты не сможешь пролететь такое расстояние.

Несмотря на то, что он старался скрыть это, Ланте видела какую боль он испытывает просто от короткого перелета… его лицо вытянулось и побледнело, губы были сжаты в тонкую линию.

Его сородичи могли пролетать сотни, если не тысячи миль за раз, поэтому Ланте задалась вопросом: каков его предел.

— И уж тем более не со мной на буксире.

Он выглядел так, словно пытался усмирить свой гнев… словно даже звук ее голоса, выводил его из себя.

— У меня есть другие способы спасения.

— Угу. Слушай, где-то там есть ключ от моего торка. — Своего рода.

Каждый ошейник отпирался и запирался отпечатком пальца начальника тюрьмы, троллем по имени Фигли (конечно, образно говоря троллем). Когда они с друзьями наткнулись на пойманного в ловушку начальника, Ланте, для простоты использования, отрезала ему руку. Но прежде чем она смогла бы освободиться, Эмбер украла эту неряшливую штуковину и сожгла тело Фигли!

Именно из-за этого Ланте с друзьями оказались в тоннеле.

— Если бы ты помог мне снять этот ошейник, — сказала она Троносу, — я могла бы создать портал туда, куда ты пожелаешь. — Или приказала бы ему бить себя в пах. И убежала бы со всей скоростью, на которую была способна… потому что, смотря на это, действительно от души похохотала бы над ним.

Разумеется, при условии, что ее от случая к случаю работающее, убеждение сработает, но Ланте была полна надежд: в конце концов, за последние три недели она запасла немало сил для этого.

Тронос взбешенно уставился на пристально смотрящую на него Ланте.

— Ты будешь носить этот ошейник весь остаток своей бессмертной жизни. То, что ты осталась в нем — невероятная удача.

Ланте знала, что он говорит вполне серьезно. А это значит, что она должна сбежать от него и найти ту руку.

— Ты всегда хотел, чтобы я была послушной, да? Как женщины Врекенеров? — Ланте слышала, что они никогда не смеются, не пьют, не танцуют, не поют и всегда носят тусклую, полностью закрытую одежду.