– Я никогда этого не забуду. Я был… Я был в панике, когда ты коснулась ворот. Толстяк ведь еще не успел отключить ток. – И добавил еле слышно: – Мне жаль.
Вина и горечь, звучавшие в его словах, были словно удар под дых. Я подалась вперед, желая унять боль, убедить Лиама в том, что в случившемся на снежном поле нет его вины. В этот момент я сопереживала ему как никогда прежде.
Но вмешиваться не имела права. Разговор был слишком личным, так же как и воспоминания Зу. Почему-то я всегда оказывалась не в том месте и не в то время.
– Толстяк не единственный, кто считает, что это слишком опасно. Но мне кажется, у Руби твердый стержень. Она справится и без нас, если захочет. Почему?
Еще поскрипывание.
– Толстяк переживает за нашу безопасность, – прошептал Лиам. – Иногда он выбирает то, что, как ему кажется, будет лучше для всех. Видит общую картину, понимаешь? Прошло всего две недели с момента побега. Дай ему чуть больше времени.
Лиам говорил настолько уверенно, что я поверила.
– Ох, человечек. – Лиам провел рукой по волосам. – Никогда не стыдись своих способностей, слышишь? Не окажись ты рядом, мы бы сейчас здесь не сидели.
В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь храпом Толстяка.
– Ну как, тебе лучше? – спросил он. – Принести что-нибудь из Бетти?
Должно быть, Зу покачала головой. Я почувствовала, как выпрямился матрас. Лиам встал.
– Я буду рядом. Просто разбуди, если передумаешь, ладно?
Вместо того чтобы лечь, Лиам уселся напротив входа, привалившись спиной к кровати. Охраняя нас от того, кто мог войти в эту дверь.
Прошло несколько часов. Луну едва можно было различить на серо-голубом небе. Зу спала, вцепившись в мое платье. Аккуратно убрав ее руку, я выскользнула из постели. Часы на тумбочке показывали 5:03 утра. Пора вставать.
По настоянию Лиама мы не стали распаковывать вещи, однако кое-что мне все же необходимо было забрать. Мои личные зубная щетка и паста должны были лежать в ванной рядом с щеткой и пастой Толстяка. Однако возле худшей в мире кофе-машины остался один-единственный набор туалетных принадлежностей. Я закинула его в сумку, добавив туда же одно из ручных полотенец.
Снаружи было всего на пару градусов теплее, чем в комнате. Типичная весенняя погода для Вирджинии. Пушистый туман обволакивал деревья и машины. Минивэн, который мы припарковали в дальнем конце парковки, теперь стоял у самого входа. Я подошла вплотную к Черной Бетти, погладила пальцами ее выщербленный бок и только тогда увидела Лиама.
Он стоял на коленях у раздвижной двери, аккуратно отковыривая ключами от машины остатки надписи «Бетти Джин клининг». Номерные знаки Огайо валялись на земле у его ног. Возможно, там им было самое место. Я остановилась в нескольких шагах от Лиама.
Под глазами у него залегли темные круги. Лицо казалось сосредоточенным, губы сжались в тонкую линию, которая совершенно ему не шла. С зачесанными назад влажными волосами и чисто выбритым лицом, Лиам выглядел на два-три года моложе, чем вчера. И только глаза выдавали весь пережитый опыт.
Шарканье туфель по асфальту привлекло его внимание. Он поднял голову.
– Что-то случилось?
– Э?
– Еще очень рано, – пояснил он. – Толстяка обычно приходится заталкивать в душ и поливать холодной водой, чтобы проснулся.
Я пожала плечами.
– Видимо, продолжаю жить по расписанию Термонда.
Лиам медленно поднялся на ноги и вытер руки о джинсы. Во взгляде читалось желание что-то сказать, но он только улыбнулся. Пластинку с номерами Огайо закинули на заднее сиденье, а на ее место прикрутили номерные знаки Западной Вирджинии. Мне так и не выпало случая спросить, откуда он их взял.
Бросив рюкзак в ноги, я повернулась к двери минивэна. Лиам обошел машину сзади и через несколько минут вернулся, держа в руках канистру для бензина и пожеванный черный шланг. Закрыв глаза, я прижалась ухом к холодному стеклу. По коммерческому радио крутили сладенькие незамысловатые песенки.
Внезапно музыка кончилась, и голос диктора начал зачитывать мрачный прогноз о состоянии Уолл-стрит. Женщина декламировала биржевую сводку, словно панегирик.
Я с трудом разлепила глаза, но там, где минуту назад стоял Лиам, уже никого не было.
– Лиам? – встревоженно позвала я.
– Я здесь, – последовал немедленный ответ.
Бросив быстрый взгляд на аквамариновые двери отеля, я шаркающей походкой обошла минивэн и остановилась в нескольких шагах от Лиама. Потом привстала на цыпочки и наклонилась вправо. Мне хотелось понять, что он делает возле припаркованного рядом с нами серебристого внедорожника.
Лиам работал молча, сосредоточившись на деле. Один конец шланга торчал из бензобака внедорожника. Приложив недюжинное усилие, Лиам повесил смотанный в кольцо шланг на плечо и опустил другой конец в красную канистру.
– Что ты делаешь? – Я даже не пыталась скрыть шок.
Свободной рукой он снял с плеча отрезок шланга бросил его в направлении нашей машины. Лиам практически вытянулся в линию. Из свободного конца шланга закапала жидкость с острым запахом.
