Ира прошла по салону, дверь им открыли, понимая, что пассажирам хотелось размяться, но вышли только они двое. Тишина. Звенящая тишина вокруг. И запах гари. Ира поежилась от порыва ветра, что пронизывал до самых костей. Она попыталась вызвать пса, но клеймо молчало.
Машины больше не сигналили, всё заглохло. Пассажиры автобуса и люди в пробке продолжали сидеть внутри автобуса и смотрели куда-то вдаль. Девушки зашли за поворот и встали на месте. На Иру обрушился холод новой ледяной волной, накрывая её полностью, овладевая каждой частичкой тела. Ей хотелось бежать и как можно быстрее, но, она не слушая внутреннего протеста, пошла прямо, сняв с предохранителя пистолет.
Кристина шла следом, часто моргая, надеясь развидеть картину перед ними. Впереди был перевернут микроавтобус белого цвета, перед его помят стоящим напротив камазом, из которого так никто и не вышел. Бока микроавтобуса помяты, видимо, его переворачивали в разные стороны. Еще три машины врезались друг в друга, блокируя проезд на трассе, они горели, источая черное пламя. Дети. Дети вылетели с микроавтобуса и их окровавленные тела лежали по дороге, человек десять, не меньше. Их синие одежды пропитались кровью, в воздухе вперемешку с гарью пахло свернувшейся кровью. Кристину замутило, но проглотила тошноту, цепляясь за руку Иры. Кристине хотелось бежать.
Вокруг не было полиции, не было зевак с остановившихся автомобилей, словно замерло всё. Ира остановилась и резко обернулась, за ними шли три ребенка с автобуса, в том числе и их новая знакомая, и несколько детей с автомобилей. Их стеклянный взгляд приковал к месту девушек, Кристина перестала дышать, она почувствовала леденящий страх.
Сердце отбивало бешеный ритм, настолько оно пульсировало в ушах, что казалось его может слышать Кристина, но та окаменела, часто дышала и боялась сделать ещё шаг. От холода дрожали зубы, тело бил озноб, а она как завороженная шла к лежащим детям на асфальте. Девушка смотрела в их кровавые лица, где не было жизни, трогала их остывшие тела и не понимала, почему нет помощи. Хотя, понимала. Её заманивают, а она не может противиться. Ира встала посреди тел детей, оказавшись в их кругу, дети с потока машин тоже встали вокруг неё.
Краем глаза Ира заметила движение слева и, повернувшись, увидела как один из детей встал с асфальта, оставляя после себя кровавый след. Он встал позади живых. На заднем фоне Ира услышала крик Кристины, словно ожил фильм ужасов про восставших мертвецов. Вслед за первым встали остальные десять, их мертвые глаза обращены на Иру, а она дрожащими руками пытается целиться в детей, ожидая нападения. Взрыв покрышки заставил девушку вздрогнуть и посмотреть в сторону Кристины, та тоже окружена детьми и ее лицо исказилось от ужаса.
Тишина. Запах гари. Мёртвые глаза. Кровь на маленьких телах. Страх. Холод. Всё смешалось в один ужас.
— Ты не выживешь. — вдруг сказала Маша, не моргая, она смотрела на Иру, в ее глазах отражалась женщина сорока лет со светлыми волосами. — Переходи на нашу сторону. Добро поможет тебе.
— Нет. — отшатнулась Ира, наведя пистолет на ребенка. — Что за добро, которое убивает детей.
— Зло не лучше. А для добра нужны силы, а сила в молодости.
— Кто ты?
— Воин тебя найдет и ты умрёшь. — женщина будто не слышала её, говоря голосом девочки. — Подумай и приходи к нам. Добро всех принимает. Мы дадим тебе покой.
Дети начали обступать девушек плотнее, сужая круг и протягивая к ним красные от крови руки. Ира посмотрела вновь на Кристину, та молилась, громко читая 'Отче наш '. Он здесь не помощник.
— Приходи. — прошептали дети хором, разрушая тишину на трассе. Черный дым заволок все вокруг, ничего не видно, кроме детей и Иры, даже Кристина скрылась в дыму.
— Нет. — Ира посмотрела в глаза ребенку, они не выражали ничего, в них не было чувств, только безразличие и безнадежность.
— Жаль. — сказала девочка, шагая решительно на Иру. Вновь крик Кристины, полный ужаса и боли. Неожиданно один из детей укусил девушку за голень, вонзая маленькие зубы в мышцу. Ира взвизгнула и оттолкнула другой ногой от себя ребенка. Медлить было нельзя, иначе, их сожрут заживо, плотоядный взгляд Маши не сулил ничего хорошего.
Она не чувствовала, что поступает неправильно. Выход только один. Она для этого здесь. Она должна сделать сама. Ира посмотрела в пустой взгляд маленькой девочки и нажала на курок. Громкий выстрел рассеял тишину. Запах пороха проник в нос, заполняя собой разум. Машино лицо окрасилось алой кровью, что тонкой струйкой стекала из середины лба, в глазах удивление и боль.
С выстрелом остальные дети упали мертвыми телами, живые испуганно заморгали и озиралась по сторонам, они даже не могли заплакать. А Ира смотрела на тело упавшей Маши, чувствуя разливающееся тепло внутри. Оружие жгло руку, она поспешила его убрать обратно в куртку и взглянула на Кристину, что продолжала молиться и в ужасе смотрела на Иру.
Ирина перешагнула через тело Маши, тишина рассеялась, везде гудки автомобилей, вой сирены слышится вдалеке, крики матерей, что зовут своих детей.
