Темные воспоминания полностью

– Скоро мы все узнаем, – сказал Марк. – Я помогу тебе достичь состояния транса и приведу тебя в твой сон – мы будем двигаться постепенно и посмотрим, что нам удастся обнаружить. Но не жди мгновенного успеха. Ты можешь наткнуться на блокировку, и, вероятно, понадобится несколько сеансов, чтобы пробиться сквозь нее, если это вообще удастся. Подобными процессами управлять невозможно.

– Ну хорошо, – сказал Джейсон. – Когда начинаем?

– Когда захочешь. Мы можем начать в другой раз, а можем прямо сейчас.

Джейсон посмотрел на Кайлу.

– Не вижу смысла откладывать.

– Ты уверен?

Он кивнул.

– Отлично. В таком случае я предлагаю тебе лечь на кушетку, – сказал Марк.

– На кушетку? – с сомнением переспросил Джейсон.

– Это не означает, что ты стал пациентом. Таким, как остальные. Но ты увидишь, что тебе будет легче, если ты приляжешь, – а расслабленность в нашем случае пойдет тебе на пользу.

Джейсон покачал головой:

– Никогда не думал, что наступит такой день, когда я буду лежать на кушетке психотерапевта.

– Времена меняются, – парировал Марк. – Повторяю, не надейся получить слишком много после первого же сеанса. Это всего лишь начало.

– Я попытаюсь, – отозвался Джейсон.

– Тебе удобно? – спросил Марк.

Джейсон кивнул.

Марк окинул его взглядом.

– Если хочешь, можешь ослабить ремень, – предложил психотерапевт.

Джейсон вынужден был признать, что джинсы действительно жмут ему в поясе, и ослабил ремень. Когда Марк вновь спросил его, удобно ли ему, он почувствовал комфорт.

– Закрой глаза, Джейсон.

Он повиновался, но пока еще не смог расслабиться. Марк и Кайла смотрели на Джейсона так, словно он действительно стал пациентом. И мысленно он сам считал себя таковым, что бы там ни говорил Марк. Но сейчас Марк не был его приятелем, с которым приятно поболтать в баре; сейчас он был психотерапевтом.

– Скажи мне, что ты слышишь, Джейсон.

Он услышал, как по улице с грохотом проехал грузовик. Где-то вдалеке завыла сирена. Он слышал шорох шагов и невнятные голоса людей, доносящиеся из‑за двери в кабинет Марка. Под Марком или под Кайлой скрипнул стул. Она откашлялась. Он хорошо знал все ее маленькие привычки. Джейсон подумал, стоит ли перечислять все, но вместо этого произнес:

– Я слышу самые разные звуки.

– Я хочу, чтобы ты сосредоточился на звуках, идущих изнутри, – сказал Марк.

Джейсон не сразу понял, что имеет в виду врач.

– Изнутри?

– Да. Биение твоего сердца. Шум крови в жилах. Представь себе, что это – дыхание океана, а твое сердцебиение – тиканье красивых старинных часов. Ты говорил мне, что у твоего отца есть антикварные настенные часы, которые тебе очень нравятся.

Джейсон представил себе часы восемнадцатого века в доме своих родителей. Небольшие, элегантные, с механизмом, заключенным в дубовый корпус, отделанный красным деревом. Когда он был еще мальчишкой, мать, с улыбкой глядя на него, разрешала ему заводить их… Мама…

Она стояла рядом с часами так, словно была живой. Человеческое существо из плоти и крови, которое еще не забрала с собой смерть. Он всегда был ее любимчиком, она берегла его как зеницу ока и потакала ему во всем. Джейсону достаточно было лишь попросить, чтобы получить желаемое. Господи, только сейчас он вдруг осознал, как скучает по ней.

– Поговори со мной, Джейсон, – сказал Марк. – Расскажи мне, о чем ты думаешь.

– Я в доме своих родителей. Смотрю на часы. Здесь моя мама. Она улыбается.

– Это хорошо, Джейсон, очень хорошо. А теперь оглянись по сторонам. Я хочу, чтобы ты пошел в хорошее место. То место, в котором тебе будет комфортно и спокойно. Возле этих часов или где-нибудь еще, это не имеет значения. Куда бы ты хотел пойти?

Джейсон огляделся по сторонам и вдруг оказался в другом месте. Над головой у него раскачивались зеленые макушки деревьев, а поблизости высился ствол столетнего гиганта. Джейсон стоял на песчаной тропинке, ведущей на вершину холма Сэддл-Пик.

– Я стою в горах Санта-Моники, где мы с Кайлой часто совершаем пешие прогулки.

Сэддл-Пик был их любимым местом в горах. Иногда они карабкались на его вершину, чтобы полюбоваться великолепной панорамой окрестных долин и синевой Тихого океана вдали. Если прийти туда рано утром, то за острые выступы скал, словно прохладное одеяло, еще цепляется туман.

А однажды летом под этим старым деревом они, скрытые высокой травой, занимались любовью. Но ту картину он хранил в своей памяти в золотой рамочке, не доверяя никому, даже стоящему рядом Марку.

– Отлично, глубоко вдохни воздух, послушай пение птиц, оглянись вокруг и почувствуй это место, Джейсон.

Он действительно услышал чириканье птиц, рев водопада неподалеку, различая при этом и шелест листьев. Рядом стояла Кайла, она улыбалась. Здесь они были в безопасности; пожалуй, другого места, которое он предпочел бы этому, не найти.

А потом он услышал голос Марка:

– Что ты сейчас делаешь?

– Лежу на спине, – сонно ответил Джейсон.

– Ты можешь ради меня встать?

Он повиновался, поднимаясь из высокой травы.