Рейчел всегда слушалась тетю, но, заметив однажды, как Беверли пропалывает свой маленький садик, все-таки подошла к ней. Беверли поинтересовалась, как поживает маленькая соседка, и, похоже, ей действительно было интересно. Вскоре после того Рейчел обнаружила, что все чаще заговаривает с Беверли, а потом даже стала помогать ей в саду.
Когда в один прекрасный день Беверли предложила угостить ее лимонадом, Рейчел впервые изнутри увидела дом, где жили супруги Уайт. Передав девочке стакан с напитком, Беверли решила побаловать себя глоточком виски, но потом взглянула на маленькую гостью и воздержалась.
– Думаю, не сегодня, – сказала она и составила компанию Рейчел, налив себе лимонаду.
Рейчел подружилась с Беверли Уайт и никогда не видела, чтобы та пила виски в ее присутствии. Не исключено, что женщина хваталась за бутылку, стоило девочке выйти за порог, но, пока Рейчел была у нее в гостях (что случалось частенько), такого не происходило.
А потом, через несколько лет, ей сказали, что Беверли увезли в больницу. Рейчел навещала свою знакомую так часто, как могла. Миссис Уайт была серьезно больна: у нее обнаружили опухоль мозга, и ее здоровье быстро ухудшалось. Единственной, кто мог шутить по этому поводу и уверять всех, что скоро вернется домой, была сама Беверли.
Болезнь стремительно прогрессировала. Но Беверли до конца сохраняла присутствие духа, не запрещая Дику и Рейчел приходить к ней. Лишь в самые последние дни у нее стали случаться перепады настроения, которые перемежались агрессивным поведением, – естественное следствие заболевания.
Промозглым, дождливым утром телефон зазвонил очень рано. Убитым голосом Дик сообщил Рейчел, что ночью его жена умерла.
– Ты была одной из ее лучших знакомых, она считала тебя своей подругой, – выдавил он, и Рейчел заплакала.
Даже сегодня, когда она ехала в гости к тетке, при мысли об этом слезы выступили у нее на глазах.
У Элизабет Крейг по-прежнему была густая копна каштановых волос, в которых не проглядывало ни одной седой волосинки, но она явно похудела – быть может, подумала Рейчел, села на диету, о которой говорила так давно. Да и сутулилась тетя сильнее, чем в марте прошлого года, когда Рейчел видела ее в последний раз.
Элизабет тепло встретила гостей и пригласила их в дом. Первым делом она поинтересовалась, почему Рейчел не приехала раньше. Девушка туманно ответила, что у нее возникли срочные дела.
Элизабет пристально изучала ее.
– Ты плохо выглядишь, – посетовала она. – У тебя царапины на лице и руках, а глаза покраснели и воспалились. О, и на затылке у тебя шишка. Как это произошло?
– Дурацкий несчастный случай, – соврала Рейчел. – Я упала с лестницы. – Она едва не добавила, что это случилось еще дома, в Англии, но вовремя вспомнила, что на похоронах в понедельник была целой и невредимой. – Это случилось позавчера.
Тетка одарила ее подозрительным взглядом, но больше ничего не сказала. Вместо этого она заговорила о Дженни. И о Грейс, ее матери. О том, что все ужасно и что вся деревня шокирована этим происшествием. Бедная,
– К счастью, – заключила Элизабет, – за ней ухаживает Бетти.
– Бетти Мюир? – уточнила Рейчел. (Бетти была соседкой Грейс.)
– Да, она очень беспокоится о Грейс. А когда ты собираешься навестить ее?
Элизабет выставила на стол тарелки, столовые приборы, хлеб и холодные закуски. Затем отправилась в кухню, чтобы закончить приготовление овощного супа, и Рейчел присоединилась к ней.
– Очень странно, тебе не кажется, – небрежно заметила она, – что Дженни сорвалась со скалы? Как такое могло случиться?
– Это было ужасно, – согласилась тетка, качая головой. – Такая трагедия!
Рейчел пришла к выводу, что тетя, подобно всем остальным, не задавалась вопросами о гибели Дженни.
– Когда я узнала об этом, мне показалось, будто весь мир рухнул в одночасье, – продолжала Рейчел, хотя и не помнила ничего подобного.
– По крайней мере, ты снова разговариваешь, – заметила тетка. – В понедельник ты в основном молчала.
– Ты была очень опечалена, – продолжала Элизабет. – Да и я чувствовала себя ужасно. Мне было невероятно жаль тебя, Рейчел. Твоя прощальная речь в церкви звучала так трогательно и прекрасно! Ты говорила о том, что Дженни была полна жизни, и о том, как много она для тебя значила. Это навело меня на мысль о…
Элизабет умолкла, задумчиво глядя на морковку, которую чистила маленьким ножиком. В кухне воцарилось неловкое молчание. У Рейчел свело живот, когда она поспешно схватилась за деревянную ложку и принялась помешивать суп.
– На какую мысль, тетя?
Элизабет судорожно заморгала, словно пытаясь скрыть неожиданно нахлынувшие чувства. Рейчел положила руку ей на плечо.
– С тобой все в порядке?
Тетя утерла слезы.
– Прости меня, Рейчел. Что-то я расквасилась. Я так рада тебя видеть! Правда, очень рада.
